Иван открыл глаза и попытался сфокусировать взгляд на тонкой девичьей фигуре, показавшейся ему в тот момент галлюцинацией.

Фигура приблизилась и сунула ему под нос стакан с жидкостью.

— Выпейте, — произнесла девушка, — станет легче.

Иван подчинился, сделал глоток и скривился от кислоты. Отстранился и оторвал взгляд от стакана. Расплывчатая фигура перед ним обрела лицо. Девушка улыбалась светло и по-доброму.

— Ты кто такая? — хрипло спросил мужчина.

— Соня, — ответила девушка. — Я нашла вас в клинике. Почему вас держали привязанным? Вы не буйный?

— Нет, — помотал головой Иван. — Этот доктор, он что-то мне ввёл. Я плохо помню, что произошло.

— Вы были нашим пациентом? — спросила Соня.

— Нет. Мне нужен был Ремизов. Знаешь такого?

— Дмитрия? Конечно, знаю. У них же с Альбертом Германовичем был совместный проект. Но… кажется, теперь я не смогу вернуться на работу. Я совсем ничего не понимаю.

— Этот Ремизов похитил мою дочь. А потом сам исчез. Я просто хотел поговорить, мне просто нужна была информация, а он… Чёрт, там же со мной ещё двое было. Ты их не видела?

— Нет, я только вас нашла. И мне просто показалось, что вам помощь нужна. Я ничего не знаю о проекте профессора. Мне даже в его лабораторию входить не велено было.

— Понятно, — вздохнул Иван.

За окном разрывалась сирена, что-то вещал громкоговоритель, но слов было не разобрать. Соня подошла к окну, но ничего не смогла разглядеть. Будто туманом всё заволокло.

На потолке зазвенела люстра. Девушка вздрогнула, отпрянула назад, но слишком поздно. Пол задрожал и стал рассыпаться, словно состоял из деталек «Лего», а те начали разваливаться на ещё меньшие составляющие, взвиваясь вверх миниатюрными вихрями.

— Это что за дерьмо? — Иван поднялся с дивана, сделал нетвердый шаг к Соне, но пол под ним вдруг сделался нетвердым, каким-то жидким, хотя визуально он ещё был цел. Перед глазами замельтешили частицы, будто мошкара, мужчина попытался отмахнуться, но безуспешно.

Туман, что был за окном, теперь просочился в квартиру и полностью поглотил стену. Иван услышал короткий вопль девушки и потерял ее из виду. Инстинктивно рванулся на звук, закашлялся, вдохнув белëсую дымку. Ему показалось, что он падает, но воздух застрял в лёгких, не давая выдохнуть, и сознание покинуло его раньше, чем завершилось падение.

* * *

Снотворное все-таки подействовало, и Алиса забылась беспокойным сном. Но мать не могла отойти от дочери, девочка все время ворочалась и норовила сунуть руку с катетером под подушку.

За окном выли сирены, а громкоговорители на все лады твердили одно: «Эвакуация». Но не имелось никакой возможности выяснить, что именно творится в городе. Телевидение, сотовая связь, интернет по-прежнему молчали, а домашнего телефона в квартире Волковых не имелось.