— Ох, ты меня успокоил. Я очень переживала. — Я вновь осеклась, поняв, что после поцелуя перехожу все границы этикета, и испуганно взглянула на ректора. Но Артиан по-прежнему отреагировал благосклонно.

— Олиента, не смотри на меня так. Мне нравится неофициальный тон общения с тобой, но я хотел, чтобы ты сама к этому пришла, как сейчас. Это, как ни странно, тешит моё самолюбие.

— Ты слишком…

Артиан приподнял бровь, ожидая продолжения. Слова «наглый», «самоуверенный», «невыносимый» вытеснились из моей головы, а на их место пришли «потрясающий», «красивый», «заботливый».

Поэтому я промолчала.

— Что теперь будет? Мне придется участвовать в Турнире?

— Да. Но не переживай так. Задания на взаимодействие пар, особенно первое, поэтому велика вероятность что вы вылетите еще с первого этапа. Ну а потом мне придется объясняться с его величеством, почему я не поставил его в известность о своей помолвки.

— Ох, что же тогда будет? Его величество не любит обманов! Моего отца явно по голове не погладят.

— Олиента, — Артиан подался вперед и провел рукой по моему лицу, обхватив подбородок, — ты какого обо мне мнения? Ничего подобного я не скажу его величеству. Но побеседовать с ним придется.

— Он посчитает меня неподходящей партией для своего сына и разорвет нашу помолвку? — спросила я, смутившись. — Не то чтобы я всерьез рассчитываю на…

— Олиента, — оборвал меня Артиан, улыбаясь, — не забегай вперед, хорошо? Ты себе сейчас надумаешь всякого.

Действительно. Он прав. Я уже себе надумала всякого. Какая же я глупая! Я ведь действительно на краткий миг поверила, что меня ждет будущее вместе с Артианом.

— Я могу идти?

Артиан спустился взглядом к моим губам, задержался на них несколько бесконечно долгих мгновений, а после кивнул. Так я и покинула кабинет ректора в совершенном раздрае чувств.

Самым заурядным образом прошел месяц. Я бы сказала, пробежал. У меня не было времени почти ни на что: сплошная учеба. Мои знания были никакими, но за этот месяц я смогла не только догнать однокурсников, но и в чем-то стать лучшей благодаря Эфиару. Как я уже успела убедиться, он был чудесным учителем: терпеливым и понимающим. Я сильно сблизилась с ним, но по-прежнему видела в нем только друга или, быть может, брата, но никак не пару. Он, поняв это, стал меньше намекать на наши отношения, к тому же сейчас он не страдал от недостатка внимания: весь фавор-клуб ректора был в его полном и беспрекословном распоряжении. А как иначе, если он наследный принц? Каждый фаворитка мечтает стать королевой!

— Олиента, ты делаешь успехи, — похвалил меня принц, когда мы занимались в свободной аудитории на шестом этаже. Луна уже давно светила в окно. — Горжусь тобой. Готова к следующему испытанию?