— Артиан, я готова отдать тебе всю себя, почему ты задаешь эти вопросы?

Кажется, истерика дала о себе знать, так как я рассмеялась. На глазах вновь проступили слезы. Артиан стер их ладонями и коротко кивнул. Скинул сюртук, разорвал ткань сорочки. Мои предплечья были оголены по правилам турнира, чтобы каждый видел татуировку рода избранника. Переплетя наши руки, Артиан посмотрел мне в глаза.

— Не так я этого хотел, вовсе не так. — Свободной рукой мужчина обхватил мой подбородок и поцеловал.

Невесомо и быстро. Его губы зашептали слова неизвестного мне заклинания. Почти такого же, как и при помолвке, только сейчас все происходило с благословения богов. Ритуальные свечи, которые зажег граф Дарреги, вспыхнули сильнее. Голос Артиана нарастал, я вставляла слова согласия на древнем языке, как того подразумевала клятва. Предплечья начали гореть. Щит вокруг нас становился все слабее, я чувствовала это из-за жара, охватившего меня.

Боль пронзила мое тело. Артиан целовал меня, не отпуская и пытаясь заглушить нашу общую боль. Там, где еще недавно была татуировка избранницы, теперь появлялась брачная татуировка: она была такой, какой её задумывал именно мужчина, если ему позволяли кровные или иные магические обязательства. В нашем случае она стала гербом рода Дарреги — обоюдной для мужчины и женщины.

Сила. Я чувствовала силу, бурлившую ко мне. Она была теплой и податливой, такой послушной, родной. Она словно спрашивала меня, во что мы с ней будем играть. «Не сегодня», — мысленно ответила я и направила весь поток куда-то вперед, будто прогоняя её от себя. Она уходила, утекала, уползала, оставляя после себя пустоту.

Когда я вновь начала слышать звуки и ощущать пространство вокруг после сильного приступа боли, поняла, что мы с Артианом в центре настоящего сражения. Причем были жертвы со стороны афхаитов. Несколько тел лежали на полу церкви, свечи были сбиты, поэтому пол начинал гореть.

— Артиан? — обеспокоенно спросила я.

Мой жених… нет, мой муж тяжело дышал, хватаясь за грудь. Встретившись со мной взглядом, он вымученно улыбнулся.

— Иди к отцу наружу. Он ранен. Уходите вместе.

— А ты?

— А я обязательно вернусь к тебе. Ты мне веришь?

Нет, нет, нет, не верю! Ты лжец! Все видно по глазам!

— Я верю тебе, Артиан, — старательно душа слезы, сказала я. — И буду ждать тебя. Моего любимого и единственного мужа.

Он кивнул. Сфера вокруг меня напиталась новой силой, и я бросилась к выходу. Отец ранен, нужно ему помочь. Я подбежала к нему, следом выскочил один из афхаитов.

— Я открою вам портал.

— Нет, только отцу. Я останусь здесь.