— Тушу надо сжечь, не дай Бог отравлена. А вещи из неё… — штабс-капитан задумался на мгновение. — Надо в лагерь унести. И перекличку провести, понять, кто пропал.

— Вдруг не из наших? Другой какой казак? — усомнился Григорий.

— Ну так и хорошо, если не из наших…

Штабс-капитан оглядел нас и покачал головой:

— Что ж вы всегда на месте его преступлений оказываетесь⁈ Понравились ему, что ли?

— Ну да, мы не первый раз с этим сталкиваемся… — сказал я и посмотрел на Григория. Тот молча кивнул, подтверждая мои слова.

— Понятно, что не первый, ещё до бурятской стоянки… — штабс-капитан поднёс ко рту руку, задумчиво закусил большой палец, несколько секунд разглядывал нас при свете фонаря.

Григорий отвернулся. Я вздохнул — не мне чужие тайны раскрывать. Тогда офицеру всё стало ясно окончательно. Он смерил Гришку холодным взглядом:

— Он у вашей станицы был, верно?

Гришка кивнул.

— Кого-то из твоих близких убил?

Гришка кивнул во второй раз.

— Вот дьявольский выкормыш! Паскуда! — штабс-капитан даже топнул ногой от злости.

— Вы ведь тоже что-то знаете, ваше благородие? — спросил я.

— Мое настоящее имя — Алексей Алексеевич Шаповалов. И хоть я действительно штабс-капитан, но помимо армейской части состою ещё в кое-каком объединении… Впрочем, это уже не вашего ума дело.

Наконец-то представившийся наш загадочный начальник задумался на секунду, потом продолжил:

— Я думал, этот ублюдок только в Чите работает. Но… почему он по лесам начал шастать?

— Нам-то откуда знать, ваше благородие. Но скажите… Правильно смекаю, что вы ведь и к нам прибыли, чтобы этого душегуба изловить? — догадался Гришка. — Только почему тогда сразу ничего не сказали, мы бы вам подсобили…

— Гриша, а как я мог быть уверен, что ты сам не тот убийца? Или Жданов, или кто угодно? Вначале присмотреться ко всем надобно было. А теперь, раз уж вы в это влезли, деваться некуда. Будете мне помогать. Он обязан в Читу вернуться, оттуда все новости были.

— Многих уже убил? — мрачно спросил я.

Алексей Алексеевич помрачнел:

— Достаточно, чтобы из Петербурга уполномоченного человека прислали. Будто бы дел у меня других не было…

— Угу, понятно… — вздохнул я.

— О случившемся молчать. Никаких рассказов об оленях и безумных убийцах. Нашли только бурку и папаху. Всё ясно, казаки?

— Так точно, ваше благородие.

Штабс-капитан повернулся к Григорию. Несколько секунд они молча разглядывали друг друга. Потом Алексей Алексеевич взял моего товарища за локоть и очень тихо сказал:

— Поймаем — я с него за всё спрошу. До суда он навряд ли доживет. Такие твари недостойны честного суда. Веришь мне?