Помню, как на семейном ужине с его родителями я нечаянно упомянула о том, что Максим купил новую приставку, хотя они ему запрещали. Он тогда устроил такой скандал... Замахнулся на меня, но не смог ударить, так как домой вовремя вернулась его сестра.

Но здесь мне никто не сможет помочь.

— Не следил, просто шёл за тобой, — он прячет руки в карманы, выдавливая мягкую улыбку, от которой хочется скрыться. — Получила от меня цветы?

— Да, — скрещиваю руки на груди, чтобы казаться хоть чуточку увереннее. — Не стоило тратить своё время и деньги на то, что всё равно окажется в мусорке.

— Выброси, я пришлю новые, — пожимает он плечами. Улыбка не сползает с его лица; он буквально наслаждается моей злостью, пока я не могу найти себе места. — Я-то знаю, что у тебя рука не повернётся выкинуть мой подарок.

— Я бы не зарекалась. Может быть, он уже в помойке.

— Ты слишком сердобольная, не стала бы ты выкидывать цветы, — его выражение лица становится серьёзным. — Сто процентов подумала: «Ну, они же ни в чём не виноваты!» — кривляется он, подражая моему голосу.

Сердце неприятно ёкает. Я и забыла, что он слишком хорошо меня знает. А вот я, как оказалось, совсем его не знала. Точнее, не хотела замечать, какой он на самом деле.

— Чего ты хочешь? — сглатываю ком в горле.

— Всё того же. Вернись ко мне. Я же знаю, что ты до сих пор меня любишь, — уверенно заявляет он.

— Люблю? — горько переспрашиваю я. — Как я могу любить человека, который всё это время водил меня за нос? Ты изменял мне, и я даже не знаю, было это один раз или ты делал это постоянно!

— Тише, не поднимай шум, — Максим делает пару шагов вперёд, подходя почти вплотную. — Малыш, ну ты же должна понимать, что секс для мужчины — это важно, — он старается говорить мягко, но выходит плохо, угрожающе. — Мне нужно было снимать стресс, а ты постоянно ломалась и динамила меня.

— Я ни капельки не жалею, что не переспала с тобой! Было бы куда больнее, если бы ты изменил мне после этого, — едва произношу я от обиды.

— Такого бы не случилось, — Максим подходит ещё ближе, пытаясь положить руку мне на плечо, но я тут же хлопаю его по ладони, хотя тот все равно не убирает руку. — Давай попробуем снова? Я обещаю дождаться, пока ты сама «созреешь».

— Попробуешь? — мой голос звучит всё твёрже. — Знаешь что? Я только сейчас поняла, что для тебя я была лишь зубрилкой, которую ты пригрел рядом ради выгоды. Ты, наверное, ожидал, что я буду всю жизнь благодарна за то, что ты выбрал меня?! Не угадал. Хватит за меня цепляться, мне это надоело!

— Цепляться? — его пальцы больно впиваются в моё плечо. — Слышишь, ты кем себя возомнила? Думаешь, раз я веду себя вежливо, то ты со мной на равных? — голос становится низким, пугающим. — Наверное, ты забыла, что именно благодаря мне тебя перестали травить в школе. И вот как ты мне отплачиваешь?