— П-поняла, — киваю, пряча бумажку в обложку книги.
Он на секунду всматривается в меня, будто проверяет, затем резко разворачивается и идёт к машине. Я стою до тех пор, пока красные огни не исчезают за поворотом, и только тогда понимаю, что всё ещё сжимаю деньги в кулаке так сильно, что костяшки побелели.
Такси приезжает быстро. Я пишу «Ок» на неизвестный номер, и тут же приходит ответ:
«Сохрани контакт. Завтра заберу тебя в шесть, поговорим в спокойной обстановке. Не лезь ко мне при людях — делай это, только если я скажу. Максима — в игнор. Если выйдет на связь, пересылай сообщения мне. Всё ясно?»
Я сглатываю и печатаю: «Ясно». Ещё секунду смотрю на экран и всё‑таки добавляю: «Спасибо за… такси».
Ответ появляется почти сразу: «Не благодари и не выходи одна вечером. До завтра».
Быстро прощаюсь с таксистом и выхожу из машины. До квартиры еле дохожу: Андрей как будто высосал из меня все силы.
— Мяу, — лениво потягивается кот рядом с входной дверью.
— Ну привет, — шмыгаю носом.
В глаза тут же бросается букет от Максима, который до сих пор стоит в вазе.
Чёртовы цветы. Вытаскиваю их и выкидываю в мусорное ведро. Жалко, конечно, но хранить подарки от бывшего — так себе идея.
— Чёртов Максим, — цокаю вслух. — Вот если бы этот гад просто отстал от меня! Тогда мне не пришлось бы впутывать Зверева.
Зверев... Как только вспоминаю о нём, в животе тут же приятно скручивает. Теперь я его девушка, и это не может меня не радовать.
Но его последние слова... они ударили ниже пояса.
Ладно! Завтра мы будем обсуждать условия нашего контракта, а это значит, что я подготовлюсь основательно. Макияж, укладка, платье и каблуки — достану всё из своего арсенала.
Тогда и посмотрим, как он запоёт.
— Зверев, отсутствует, — монотонно произносит преподаватель, не отрывая взгляда от бесконечного списка в журнале.
— Вообще-то я тут, — поднимаю руку, чтобы старая женщина увидела меня сквозь ряды затылков. Сегодня в этой огромной потоковой аудитории яблоку негде упасть: лекцию по истории права решили провести сразу для трёх разных факультетов. Видимо, из-за переработки преподавательнице даже очки не помогают. — Обидно даже. Вы разбили моё сердце.
— Ой, Зверев, — искренне удивляется она, щурясь. — Простите, я вас не заметила. На моей памяти вы впервые почтили нас своим присутствием на общей лекции.
Лучше бы вообще не приходил. Сегодня даже пришлось идти на пары. Аня попросила обязательно посещать их, и это её первое условие.
Я обвожу взглядом амфитеатр аудитории. Аню я нахожу сразу. Она сидит далеко от меня, на первых рядах, среди своих одногруппников. Я же застрял на самой верхотуре, в «камчатке» юридического факультета, среди парней, которые сейчас смотрят на меня как на умалишённого. Для них моё появление на паре — событие мирового масштаба.