В следующую секунду вампир просто исчез, но на деле он просто очень быстро двигался, что даже уследить было трудно. Пламя его не обжигало из-за мощных барьеров и чудовищной магической силы. И вместе с рывком он нанёс лишь один удар своим мечом.

— Это было легко, — уже за спиной своего противника произнёс вампир.

Затем он выпрямился, размял шею, вернул оружие в ножны, а замерший рыцарь наконец-то упал на колени, после чего верхняя половина его головы медленно съехала и упала на пол. Я же ужаснулся, ведь этот вампир разрезал своим мечом латный шлем и череп, словно они были из масла. Это какой силой он обладал? А из чего мать его сделан этот меч, напоминающий рапиру? Жутко.

— И зачем ты сюда прибыл? — поинтересовался у меня вампир.

— Аларио просил меня передать перстень следующему архонту острова, — произнёс я, после чего амулет на моей шее засиял и из пространственного артефакта Аларио появился тот самый перстень.

— А-а-а… так вот где этот артефакт… А мы уже думали идти и предъявлять Гильдии. Ну, пока что мы ещё выбираем следующего архонта. Но что-то мне подсказывает, что и стану я! — уверенно заявил вампир и засмеялся, после чего повернулся к зрителям и громко спросил: — Ну что?! Кто ещё хочет оспорить моё право на титул архонта?! Как я и думал… Ну всё, Арис, можешь отдавать персте…

Внезапно вампир оборвался на полуслове и резко обернулся, ведь за его спиной только что раздалось шипение. Спрыгнувшая в центр зала ламия медленно ползла к нему.

— Телария, тебе жить надоело? — прищурившись спросил вампир, снова обнажая свою оружие.

И тут же он снова превратился в размытое пятно, рванув прямо к своей новой противнице, пролетая над трупом рыцаря. Все эти нечистые казались, с одной стороны, друзьями, ведь пили и предавались порокам вместе, однако прямо сейчас они без сомнений убивали друг друга. Какой же гадюшник.

И вот уже вампир должен был отрубить ещё и голову Теларии, как вдруг она резко выпрямилась, напрягла хвост и нависла над вампиром, впившись в него своим взглядом. Внезапно для всех вампир вдруг замер, рука его опустилась. Я тут же инстинктивно отвернулся и прикрыл глаза.

Ламия хоть и не была нагой, как и к античным медузам никак не относилась. Только вот взгляд её делал кое-что более ужасное, чем банальное превращение в камень. Магическим зрением, против желания я видел ужасные чары, которые реками устремляясь к ментальному телу вампира и убивали его волю.

— Как она только смогла подчинить такого сильного демона? — ужаснулась и Вилия, попутно дав мне понять, в чём тут дело.