В любом случае проблемы у моего острова только начинаются. Ведь уже на выходе из храма я увидел, как в наш порт прибыли первые галеры. Рыдающие матери, искалеченные мужчины, дети с пустыми взглядами и тихо смотрящие в пол старики — они каким-то чудом смогли спастись и просили помощи.
Ко мне уже бежали солдаты, чтобы спросить, что делать прямо сейчас. Также будет собран совет, где мы обсудим нашу стратегию поведения в такой ситуации. Ведь, судя по всему, нашим соседям досталось куда больше.
И пусть своих проблем у нас хватает, но спасти от голодной и холодной смерти этих бедолаг нам под силу. Нельзя же бросать их на произвол судьбы. А если мы не поможем, то кто тогда? Полисам же плевать, они кроме своей войны ничего больше не видят.
Глава 18
— Тренировки гребцов уже дают о себе знать, — хмуро произнёс Танор, следя за непривязанными и не скованными ошейниками рабами.
Многие осуждали моё решение по улучшению команд гребцов. Сначала я отказался сковывать шеи этих рабов железом, затем дал им возможность покинуть уничтоженное судно, а теперь ещё и начал тренировки с обещанием свободы одному из лучшей команды. Денег на большее достать тяжело, ведь свобода в Эдеме либо завоёвывается, либо покупается. Я не могу их освободить, хоть они и моё имущество. Вернее могу, но такие поступки приравниваются к терроризму и караются порой смерть и кое-чем похуже.
И подобное являлось традицией, которую чтили не только всякие богатеи-лариосы, но и простые смертные. Имелись прецеденты, когда целые команды гребцов вырезали экипаж и захватывали корабли. После этого они становились пиратами и уплывали к границе мира, где их тяжело ловить из-за аномалии Этия.
Пространственная аномалия выпускает монстров, но если попытаться войти в неё в Эдеме, то тебя просто растворит на атомы. Пираты это знали, однако рисковали и заходили вглубь аномалий, а вот военные… военные не могли идти на такие риски. Ведь пиратов много, а тренировка солдата Эдема обходится в приличное количество монет. Если все будут рисковать и заходить вглубь, то пиратов может и перебьют, но солдат куда больше поляжет.
И всё же несмотря на все риски я протянул руку этим бедолагам. У меня же была открыта школа гребцов, где эти рабы тренировались. Вместе с этим качество управлением галер выросло, как и лояльность рабов. Кроме того, теперь у них была надежда.
— Однажды ты обожжёшься. Раб подобен волку, который может укусить тебя за руку в любой момент, — не менее хмуро и сурово произнёс и Великий Панцирь, который тоже ненавидел рабство, однако оставался суровым реалистом.