Но не успел. Почувствовал приближение знакомой энергии, и вот уже перед Тиарой стоит Норидуэль.

— При всём уважении, Эйнар, — предельно собранно произнёс Бог Вольности, — не тебе сражаться с нашим козырем. Если тебе хочется честной битвы с достойным противником, я с радостью составлю тебе компанию.

— При всём уважении, Норидуэль, — в тон ему ответил Бог Воинской Доблести, — сейчас ты слаб. В победе над тобой будет мало чести.

— Я не хочу говорить с тобой о чести, мой старый друг, — без тени иронии или сарказма в голосе произнёс Бог Вольности. — Я хочу биться с тобой. Если тебе так будет проще, я вызываю тебя на поединок.

Ответить Эйнар не успел — три Бога Разрушения сорвались с места, нацелившись на меня. Щупленькая Нира, единственная женщина в этой тройке, обошла Эйнара и Норидуэля слева, толстяк Баул и суровый Баир — справа.

И мне снова не потребовалось вмешиваться в бой. Рядом с Тиарой появились Мавия, Гурь-Шуй и Ния, Богиня Дождя, а в Ниру влетел свалившийся прямо с неба Биргейн.

Наши боги, как и ожидалось, пришли на помощь. Глянув по сторонам, я заметил, что Лаэнель присоединился к Бергу и теперь сражается против Аэриды; Боги Степей помогают Кейну и Маре в битве с Берсом и Кирияной. Карус и Фета остановились напротив Бога Кузнеца Гархейма. Даже если они просто будут стоять — уже неплохо, один бог-противник занят и под контролем. То же самое с Вийоном и Илонидой, напротив них остановились Глозейск и Хиллиса.

— Ну что ж, — прозвучал рядом со мной тягучий голос, который я слышал уже множество раз и вряд ли бы мог спутать. — Похоже, твоими противниками, Рюгус, будем мы с Утером.

Старик стоял рядом со мной и, задрав голову-капюшон, смотрел на Бога Контроля.

— Похоже, что так, — улыбнулся лидер наших врагов, всем своим видом показывая, чтоданный расклад его в полной мере устраивает.

Неожиданно мне захотелось хоть немного подпортить настроение этому долговязому хмырю.

— А вот если бы все ваши подчинённые явились на ваш зов, Господин Рюгус, может быть, и удалось бы вам постоять в сторонке. Однако у Рейнгейта, похоже, нашлись куда более важные дела, чем слушать своего непосредственного командира. Ой, а может быть, он всё ещё думает, что это он командир?

Слишком прямолинейно и грубо получилось. Могло бы показаться, что Рюгус полностью проигнорировал мои слова, ведь на его лице не дрогнул ни один мускул. И, тем не менее, от моего цепкого взгляда не укрылась искорка гнева, на миг вспыхнувшая в глазах Бога Контроля.

— Дела Рейнгейта не должны вас волновать сейчас, — внешне спокойно проговорил Рюгус. — Ведь наш с вами бой начинается.