Они багровеют, а я продолжаю:

— А давай, как в старые времена, на клинках выясним, кто прав, кто виновен и за кого бог?—

И достаю свои трофейные ножи, они тут же спохватываются и тоже вытаскивают клинки.

— Два против одного, не совсем честно. — Размышляю я и со мной солидарен Володя, он выходи и становится рядом.

А его и не думаю останавливать, он как раз из той самой моей команды, и неплохо тренирован к тому же. Остальная тройка наших парней перекрывает проулок, девчонка испуганно зажимается в углу и все начинается.

— Танец, Господа, танец. — Думаю я и начинаю танцевать, убирая из чувства справедливости второй клинок за пояс.

И это уже другой рисунок боя, который к тому оказался очень быстротечен. Моему противнику не хватило выдержки и техники. Он почти сразу пошел в выпад, а там уклонение, перехват руки, залом. Нож падает на пол и чиркающий удар моим клинков по корпусу.

— Все, есть кровь. Стоп бой. — Думаю я и похоже также думает и фалангист.

Он даже с какой-то благодарностью, смотрит на меня, понимая, что вполне мог его наколоть, но не стал, а закончил вот так.

И мы остановились, он кланяется, признав свое поражение. А второй тоже оказался не слишком хорош, и в ходе обмена выпадами, пропустил легкий укол в плечо. Не страшно, царапина. Но кровь есть. И они тоже остановились. Дальше раздается стандартная фраза от проигравших:

— Вы победили, Амиго.—

И мы киваем в ответ, а потом и расходимся, предварительно шуганув девчонку домой и пожелав ей не выходить больше на улицу без знакомых парней. Она благодарно кивнула, чмокнула нас с Володей в щеку и убежала, мелькнув как черная молния по улицам закипающего Кадиса.

— Все, закончился и этот эпизод. — Подумал я, уже подходя к поезду.

* * *

— Ну вот и все, мы поехали. — Думаю я, глядя на мелькающие в окне виды Кадиса.

Мы и правда поехали, теперь примерно еще три часа, по немного странному маршруту, сперва на юг, по дамбе, и лишь потом уход на Сан-Фернандо, и дальше почти на север, на Севилью.

А за окнами все плывут летние пейзажи. Сперва город, почти мавританский, потом бескрайнее море по обе стороны и мысли:

— Это дамба.—

А затем вновь городские пейзажи, очень напоминающие арабский восток, сменяющиеся полупустынными, почти крымскими видами. И снова мысли:

— Интересно как-то получается, восток так и тянут такие места. У нас там татары очень долго были, здесь мавры, или арабы иначе.—

А поезд набирает постепенно ход, ехать недолго и можно просто посидеть, подумать, или даже поспать под перестук колес, который с каждой минутой становится все быстрее.