— Да, есть такая оплошность, — поморщилась я. — Надеюсь, эти слухи не дойдут до моих гномьих родственников. На самом деле я не хотела, просто так сложились обстоятельства.

Девушка шумно вздохнула, посмотрела на меня с грустью и придвинула к себе блинчики. Мы немного поели в тишине, а затем Айрис призналась:

— Я бы так не хотела, — она подняла на меня взгляд. — Мне хочется романтики, сильную и вечную любовь.

— Одно другому не мешает, — тихо отозвалась я, опустив взгляд на вишневый джем. — Я бы тоже хотела сильную и вечную. И быть единственной. Но всё это, видимо, не про меня. Не про мой характер. Оказывается, мне нужна не только любовь, но еще и равенство с партнером. Чтобы советоваться в принятии решений, смотреть в одну сторону, идти в направлении, выбранном вместе. Я хочу стоять за спиной у мужчины только в том случае, когда нужно прикрыть его спину. Чтобы быть ему не меньшей опорой, чем он мне. Я хочу не только принимать, но и отдавать, а для этого мужчина должен быть безраздельно моим и разделять мои идеалы. Я согласна подарить себя, но только приняв равноценный дар в ответ.

Максимилиан этого не смог. А я не могла согласиться на полумеры.

— Какие мы все-таки разные, — заключила девушка с легким румянцем и обхватила себя руками. — А мне бы хотелось, чтобы мужчина завоевал меня, отнес на плече в свой замок и холил, лелеял и заботился. Должно быть, я слишком избалована родителями, что столько требую. Не хочу принимать важных решений, хочу просто быть оберегаемой. Я слишком многого прошу?

Я застыла, неотрывно смотря на Айрис, и моргнула.

— Как раз нет. В нашем мире вы требуете преступно мало — как раз того, что и согласны дать мужчины. Им легче дать защиту, чем позволить любимой принимать участие в общих решениях.

Айрис смотрела на меня широко распахнутыми глазами. Она то ли не понимала меня, то ли отказывалась понимать, в то время как я прекрасно осознавала и уважала её позицию касательно брака. Распространенную, и тем не менее имеющую право на существование и счастливое воплощение в реальности. Мы все разные и у каждого своя дорога к счастью.

— Необычно, — наконец выдохнула она. — Учитывая, что ты принцесса… мало кто из нашего круга может позволить себе подобные размышления.

— Тут огромная благодарность моему отцу, — я склонила голову, словно даже мысленно склоняясь перед его любовью ко мне и мудростью.

Мы едва успели доесть блинчики, когда вернулись веселая Малика и Хмилья — горничная несла коробочку с новым гласвиром. Душевно распрощавшись с Айрис, мы забрались в свою карету и отправились во дворец.