Будто это была моя вина. Если бы я не приехала в Раманию, вообще ничего этого бы не было. Мне стало обидно. Сегодня вообще случилось что-то странное, не зависящее от меня.

— Зато человек, которого я выберу, не будет искать мне замену, — уже со слезами на глазах произнесла я. — Не будет думать, что с другой будет легче. Я разочарована. Я думала, что такой человек, как вы, который в шестнадцать лет возглавил самое большое королевство нашего мира, участвовал в войне и победил, не боится трудностей.

Максимилиан не нашелся, что мне ответить. Надо же, я лишила его королевского красноречия. Прям загордилась собой.

— Только сегодня я понял, что с другой действительно будет легче. С той, что уже выросла, а не с ребенком, Купава.

Я позволила себе грустную улыбку. Ребенок? Я потеряла мать в раннем возрасте — она ушла, бросив меня, и, когда отец сообщил мне о том, что женится, я сказала, что рада за него. Я радовалась рождению брата и помогала ему освоиться во дворце. Я принимала участие в политической жизни Бриоля. Я ездила по приютам. Я лишь прячусь за маской ребенка, ведь только так могу быть счастлива. Во «взрослости», которую источает Максимилиан, нет счастья. Лишь пресловутая ответственность.

— Я рада, что вы это понимаете, — откликнулась безэмоционально.

— Купава… как же с тобой сложно.

— Кажется, предыдущим предложением вы сказали примерно то же самое. Повторяетесь, ваше величество.

— Хочешь свободы и возвращения в Бриоль? — переспросил Максимилиан.

— Неужели вы наконец это осознали? — едко отозвалась я.

— Хорошо, Купава, — раздражённо ответил Максимилиан. — Я уже порядком устал от ребёнка с завышенными ожиданиями, живущего в замке из розовых облаков.

Сказать на это мне было нечего. Я сделала книксен.

— Прощайте, ваше величество.

— Мы не прощаемся, — рыкнул Максимилиан. — Ты все еще обязана доучиться в этой драксовой академии ближайший год!

Я вздрогнула. Подняла взор. Его зрачки… они вновь были вытянутыми. Максимилиан еще никогда не излучал такую злость, которая обуяла его сейчас. Желваки на лице ходили, все тело было напряженной струной.

— Пусть я и ребенок, но не нарушаю договоренностей, — ответила тихо и ушла.

Страница под именем «Максимилиан Раманский» перевернута. Он думает, что во всем нашем необъятном мире не найдется человека, способного составить моё счастье⁈

Он прав. Мне кажется, что я уже никогда не буду счастлива. Как? Откуда взялась еще одна девушка? И если бы её не было, разве мне было бы легче? Легче от осознания, что Максимилиан выбрал меня, потому что я всего лишь подхожу ему? Потому что у него просто нет выбора?