Вейлан за спиной рассмеялся и тут же прикрыл рот кулаком.

— Извини, просто не ожидал от тебя столько откровений всего за три минуты созерцания гор, — пояснил он. Я смутилась. — Продолжай. Мне правда интересно. Семья — это прекрасно.

Но наследник престола будет лишен семьи, ведь он обязан отдать своего ребенка на воспитание в другую… Это повисло в воздухе. Я сглотнула, не зная, как заполнить эту неловкую паузу.

— А где у нас Хрустальные горы? — уточнила Террианс.

— Пещеры, — поправил её ректор. — За мной.

Мы двинулись друг за другом вереницей. И вскоре я не увидела, а услышала перезвон. А потом — удивительную мелодию. Прекрасная, совершенная, она лилась, словно песня сирен. Я недоуменно обернулась к Вейлану.

— Пещеры, — пояснил он. — Кристаллы в них особенные, они издают мелодию, причем для каждого — свою. Но на таком расстоянии их мало кто слышит. Считай, что тебе повезло.

— А ты слышишь?

Вейлан кивнул. Далее мы молчали, слушая каждый свою музыку. Это было удивительно уютно.

Вскоре замаячил вход. Его было видно издали. На снегу появилось разноцветное сияние — такое красивое, что я застыла, с неверием глядя на это чудо. Ректор легко прошел дальше и увлек за собой студентов. И вскоре мы оказались в первом помещении.

Своды над головой переливались миллионами искр, будто кто-то рассыпал по камню алмазную пыль. Воздух звенел от магии, гудел тихой, незримой силой. Каждый наш шаг отдавался мелодичным эхом, словно пещера отвечала нам на своем таинственном языке.

Хрустальные пещеры были похожи на цепь альковов, соединенных узкими проходами. Легкий лиловый свет окутывал все вокруг таинственным сиянием. С потолка свисали сталактиты, чистые как слезы, и, если прикоснуться к ним, по коже бежали мурашки — так сильно они были заряжены магией.

— А еще их можно послушать, — шепнул Вейлан.

— Кристаллы рассказывают свою историю, — продолжил ректор, укоризненно взглянув на Инвергарда, который опередил его лекцию. — Они впитывают сильные эмоции. Причем не только тех, кто был в пещерах, а тех, кто когда-либо был в горах. Прикоснувшись, можно увидеть обрывки прошлого: чью-то радость, давний испуг, забытый шепот.

— Эти кристаллы как-нибудь используются? — уточнила магистр Террианс.

— Отделить эти кристаллы не представляется возможным. Они устроены так, что способны отражать любую магию. Одним неосторожным заклинанием можно разрушить всю сеть Хрустальных пещер, что очень опасно для гор — сконцентрированная здесь магия может пробудить вулканы.

— Поняли? — обернулась к нам Террианс. — Никакой магии.