— Да, я вчера предупреждал об этом на собрании, — кивнул ректор, и мы согласились. Помним-помним. — Но мы все же научились использовать кристаллы — те, что осыпаются сами, — такое случается редко. Мы используем их для нескольких целей. О первой вы можете догадаться, если приглядитесь к ним. Некоторые из кристаллов способны пульсировать в такт сердцебиению, загораться ярче от страха или любопытства, тускнеть от лжи.
— Артефакты правды? — догадалась Серафия, и ректор кивнул.
— И щиты, — дополнила я. — Если способны отражать магию.
— И это тоже верно, — улыбнулся ректор. — Вы можете погулять по пещере. Но, как и договаривались, — никакой магии! И еще не отходите от своих кураторов.
— Мы туда! — воскликнула Серафия и, схватив Найлса за руку, потянула его в одну из пещер.
Мы с Вейланом, не сговариваясь, двинулись в другую сторону. Отдалились на приличное расстояние, и я не выдержала.
— И много кто у вас владеет портальной магией?
— Единицы. Сильнейшие из сильнейших. Если хочешь знать, я рано овладел портальной магией. Она не такая, как у твоей семьи, — её нужно долго развивать и оттачивать.
— Даже здесь нашел повод похвастаться, — фыркнула я и сложила руки на груди.
Вейлан не ответил. Я отошла к стене, чтобы рассмотреть узоры на кристаллах поближе. Они были похожи на замысловатые письмена. Я потянулась рукой, но едва прикоснулась, почувствовала, как по руке пробежал разряд. Вскрикнув, я отдернула ладонь, и в этот момент раздался оглушительный звон.
Потолок падал.
Глава 11
Я обернулась и увидела, как рушатся глыбы хрусталя и камня.
— Рика! — закричал Вейлан и в одно мгновение оказался рядом.
Пыль поднялась столбом, застилая глаза, а грохот стоял такой, будто гора разламывается надвое. Я схватилась за плечи Вейлана и в этот момент почувствовала, как земля уходит из-под ног в прямом смысле. Не просто земля, а необычная каменная порода, рядом с которой запрещено колдовать.
Я закричала так громко, что звук собственного голоса, отразившийся от стен, оглушил. Своды пещеры затрещали ещё сильнее, а Вейлан, чтобы уменьшить мой страх, накрыл мои губы своими. Они обладали каким-то чудодейственным эффектом, потому что паника и тревога начали отступать, даже когда я ощутила свободное падение.
Вейлан прижимал меня. Целовал. Успокаивал. Всё это длилось не больше двух секунд, а затем он перевернул нас так, чтобы я оказалась сверху. Я попыталась схватить его за плечи, чтобы он не делал глупости и с ним ничего не случилось — в этот момент за его жизнь я испугалась больше, чем за свою, — но не смогла.