— Йостен солгал? — прищурилась я.

— И это тоже маловероятно, — покачал головой Вейлан.

— Не понимаю, — отец всё-таки поднял взор с бушующим пламенем в нём на Вейлана. — Зачем кому-то пробуждать в Рике огонь? И почему этот мерзавец ещё не на виселице?

— Во-первых, это мой названый брат, поэтому я ему доверяю. А во-вторых… он руководствовался своими знаниями о проклятье семьи Эрленд. Раньше в нашей семье умирали от ледяной магии каждый второй ребёнок, тогда мой предок взмолился. Стихия помогла, но взамен попросила об услуге — соединить лёд с огнём.

— Найти истинную — огненную драконицу?

— Полагаю, что да, хотя просьба звучала как найти самую сильную огненную магичку.

— Самый сильный огонь в драконах, — подтвердил брат задумчиво. — Мы — сама суть огня, а не просто его отражение.

— Да, но семьсот лет назад мои предки были уверены, что все огненные драконы покинули Райвим. Хотя все это вскоре потеряло смысл: мой предок, так же как и я, не смог противиться зову к другой. Он женился не на огненной магичке, а на той, кого любил, — Вейлан проникновенно посмотрел на меня и погладил пальцами моё предплечье. — В итоге Стихия отомстила. Начала сковывать льдом жилые территории.

— Или она сама не могла справиться со льдом внутри, когда забирала проклятье с вашей семьи, — задумчиво исправил Яр. — А вы не захотели ей помочь.

— Не получилось, — подчеркнул Вейлан. — Ты бы смог отказаться от своей истинной в угоду другой?

— Если бы не встретил Джесселин, — пояснил Яр. — А вы могли заранее всё предугадать.

— Дела давно минувших дней. Не стану опровергать, как и поддерживать. Но с тех пор Стенфрид уменьшился почти вдвое, а сбежать от стихии не успели многие тысячи, умерев от её льда.

— И ты решил, что Рика сможет помочь снять проклятье? — уточнил отец. — Но ведь однажды это не сработало, на втором поколении.

— Именно поэтому я не собирался рисковать Рикой, — пояснил Вейлан. — Сколько раз мне ещё стоит сказать, что я не справился с притяжением своего дракона? Или с самим собой. Выбирайте любой вариант, мне без разницы. Но вы оба должны понимать, что Рику я не отдам. Ни вам, ни самой смерти.

Мои щёки вспыхнули румянцем. Я с нежностью посмотрела на истинного и прижалась к нему сильнее. Яру и отцу оставалось лишь отступить.

— Я хочу тебе верить, — откликнулся Данияр, — но как я могу, когда ты доверяешь своему названому брату, который покушался на твою истинную? У тебя явно проблемы с кругом доверия.

— А у тебя — с самим доверием, — не остался в долгу Вейлан. — Я почти уверен, что его используют. Я и раньше догадывался, что его отец примкнул к тем, кто хочет свергнуть нынешнюю власть путём убийства всех членов семьи Эрленд, но сейчас почти уверен в этом. Единственное, что останавливает этих безумцев, — это неосведомлённость по поводу других детей королевской семьи и их места расположения. Йостен думает, что спасает меня и мою семью, пробудив в Рике огонь, ведь его заставили поверить, что именно мы снимем проклятие. Для этого он даже пробудил Камаю — я вновь ощутил его магию тогда, в подземельях, — вот только искра в Рике осталась спящей, хотя источник зашевелился, — сделал выводы Инвергард и посмотрел на меня. — Ты ведь сама жаловалась, что твой источник был нестабилен. Тебя подтолкнули к пробуждению огня.