Стало быть, не простая торговая лавка, а заведение, принадлежащее какому-то роду.

На полках чего только не было — и травы, и химические склянки, и какие-то совсем бесполезные туристические безделушки. За прилавком стоял молодой продавец, который при виде нас скривил лицо.

— Чем могу? — процедил он, даже не пытаясь изобразить вежливость.

— Нам нужен перегонный алхимический стол, — сказал я. — И серебристая полынь, если есть.

Продавец смерил меня взглядом с головы до ног.

— Алхимическое оборудование начинается от пятисот рублей, — произнёс он тоном, каким объясняют очевидное слабоумному.

Ну понятно — мы с Петровичем и Игошей выглядели соответствующе: пыльные, в грязных сапогах, залитые черной кровью. Старик в руках держит стаканчик кофе с заправки…

У нас на лбу ведь не написано, что только за сегодняшнее утро мы заработали несколько десятков тысяч рублей.

Из подсобки вышел второй продавец — он был постарше. Мужчина посмотрел на нас таким же оценивающий взглядом и что-то шепнул молодому на ухо.

— Простите, но у нас заведение для серьёзных клиентов. Если вам нужны травки подешевле, на Сенном рынке есть ряды…

Хм, виконт Прудников принял меня точно в таком же виде. Напоил чаем, усадил за стол, разговаривал как с равным. А эти холопы корчат из себя царей.

Но ладно бы дело было только в этом… Я продолжил изучать ассортимент на прилавках, и чем дольше его рассматривал, тем больше приходил в недоумение. От настоящей алхимии здесь было одно название — сплошные амулеты без грамма Силы, обычная стеклянная посуда, убогие «снадобья» из пригородных трав. А то, что в мою эпоху считалось перегонным столом, здесь называлось «синтезатором». И оно по своей конструкции скорее походило на какое-то нелепое чудо с удручающими рунами и слабейшем камнем Силы, а не на нормальный рабочий стол.

Нда… Чем покупать такое дерьмо лешего, проще сделать стол самому.

— Ждите в машине, — сказал я своим, и они вышли на улицу.

Я повернулся к прилавку и положил руку на витрину так, чтобы родовой перстень оказался на виду. Молодой продавец заметил его и чуть побледнел.

— Ваше благородие, вы…

— Передай хозяевам, — перебил я, — что дворянин Северский заходил. Герб на вывеске чей?

— Д-дворян Ельцовых.

— Запомню, — начал я, чуть наклонившись к нему. — И ты запомни: мальчик при лавке, который лает на гостей из-под хозяйского герба, этот герб марает. А дворяне таких вещей не прощают. Ни слугам, ни тем паче всякой мелочи.

Продавец сглотнул, а я хмыкнул и спросил:

— Когда хозяева спросят, почему аристократ ушёл без покупки, соврёшь или правду скажешь?