— Он уже решил, — поняла Шиза, глядя мне в глаза.
— Боги, пережившие свою эпоху, становятся чудовищами, — сказал я. — Нельзя позволить нам стать чудовищами. Мы спасли мир от Вторжения, а теперь нужно спасти мир от нас самих.
Где-то в глубине храма скрипнули старые механизмы, доживающие свой век.
Я кивнул на Десятого.
— Десятый — не худший из нас. Далеко не худший. Второй уже собирает сторонников. Пятый экспериментирует на людях. Седьмая… — Я оборвал себя. — Вы знаете, что происходит. Вы сами видели.
— Наша физическая смерть не избавит мир от Скверны, — задумчиво произнесла Шиза. — Ты думаешь о вечной Печати, Первый?
— По-другому никак, — хмуро ответил я. — Сейчас весь мир считает нас богами. Но через пару лет мир будет считать нас чумой.
— А неплохой план, — сказал Шестой с наигранной лёгкостью. — Наконец-то можно будет отоспаться! Надеюсь, там, за Печатями, варят нормальный эль.
Он посмотрел на свою левую руку.
— Ты ведь знаешь, — прошептала Шиза, не сводя с меня зелёных глаз, — что Второй не ляжет добровольно?
— Знаю, — кивнул я.
— И что за Пятым пойдут другие?
— Знаю.
— И что половина из нас назовёт тебя предателем?
Её рука легла мне на грудь почти невесомым прикосновением. Тёмные длинные ногти царапнули ткань.
— Я с тобой, Первый, — мягко произнесла Шиза и игриво улыбнулась: — Это ты тоже знаешь.
— А я — за любой движ, кроме Скверны и голодовки, — кивнул Шестой.
— Но ты так и не сказал главного, — продолжила Шиза.
— Что именно тебя интересует? — спокойно спросил я.
— Как ты собираешься запечатать сам себя? — спросила она. — Последнего из нас? Того, кого по праву считают Сильнейшим?
Из-за её спины донёсся голос Шестого:
— Да, Первый. Как?
Глава 7
— Тебе нужно Место Силы… — прошептала будто бы сама Структура, когда я просыпался.
А может быть, и не она…
— Я в курсе… — сонно ответил я и открыл глаза.
Хм, ноздри щекочет запах пепла. Опять?
Или показалось? Втянув воздух носом, вместо запаха пепла я почувствовал приятный аромат свежей выпечки.
Огляделся по сторонам. Небольшая, чистая комната, на одной стене ковёр, на другой портрет прошлого Императора… Точно! Мы с Игошей без проблем добрались до нашего нового пристанища. Малец был перепуган после нападения бандитов, так что после короткого разговора с Петровичем — хозяином квартиры — я отправил Игошу спать.
Петрович будто бы хотел отметить наше заселение — звал меня за стол, но после случившегося в таверне я предпочёл сон, а посему просто сказал старику: «Утро вечера мудренее». Он не обиделся и побежал тратить деньги. Взял он с меня и Игоши за две комнаты всего сорок рублей за первый месяц.