Ректор тем временем с грустью смотрел на закрытую дверь.

«Раньше бы ты позвонил, Вильфгейм… Раньше», — подумал про себя он.

— Держи меня в курсе, если он снова появится, — произнёс Бестужев, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо.

— Конечно, конечно… ик! Обязательно… — забормотал Лихштейн, уже теряя нить разговора. Икота становилась чаще, будто кто‑то внутри него отсчитывал: «Раз… два… три… ик!»

* * *

Семён Васильевич Брыль собрал своих ребят в уже закрывшейся аптеке.

Десять лет он строил свой бизнес — выживал среди конкурентов, платил кому надо, терял всё и снова поднимался. Да, иногда путём отжатия чужого, часто переплачивая нужным людям. И почти всегда — перепродажей дешёвых лекарств. Очень приятно закупить целую партию, оформленную по всем нормам, и накрутить на неё под пятьсот процентов стоимости.

А кому сейчас легко, в конце концов? Не сделаешь ты — сделают конкуренты. Брыль был уверен, что честного бизнеса не существует, работает только правило «кто успел, тот и съел».

К тому же, ничем таким запрещённым Семён Васильевич не торговал. Ну, по крайней мере, с прилавка уж точно… Даже выкладывал лекарства, соблюдая все законы — чтобы покупатель мог ознакомиться с составом.

Ха! Будто так просто увидеть мелкий шрифт.

И тут появляется какой-то сопляк и при покупательнице называет его товар «подкрашенной водой»! Как только наглости хватило, а⁈ При людях-то!

Гришка сидел на стуле в подсобке, запрокинув голову. Из распухшего носа торчали окровавленные ватные тампоны.

— Он меня лбом, Семён Васильич, — прогундосил охранник. — Я и моргнуть не успел…

— Молчи уже, — отмахнулся Брыль.

Он оглядел собравшихся. Давненько они не собирались вот так, вчетвером. Последний раз, наверное, это было полгода назад, когда пришлось объяснять владельцу соседней аптеки, почему ему лучше переехать в другой район. До этого была история с парочкой травниц, решивших продавать свои веники неподалёку — тоже славно тогда поработали. А ещё раньше…

Да много чего было раньше. Семён Васильевич умел решать проблемы, просто в последнее время проблем как-то не возникало.

Брыль взял со стола распечатанный лист. Качество паршивое, камера наблюдения у входа давно требовала замены, но лицо разобрать можно.

— Вот он. — Семён Аркадьевич протянул листок. — Дворянчик какой-то. Сначала мне клиентку увёл, потом Гришку изуродовал.

— Аристократ, говоришь? — взял распечатку один из собравшихся. — Давненько мы таким кости не ломали. Да и… сами знаете, не стоит лишний раз связываться с аристократами. — Он посмотрел на остальных в поисках поддержки.