И никто почему-то не винит Шиваль де Лона, который раскачал лодку и в хаосе добился хоть и не власти, но наверняка огромных богатств. Да чёрт подери, Флорианы прямо сейчас шли на столицу, но виноват во всех бедах почему-то я?

Впрочем, мне быстро стало плевать. Рине, как и многим другим не дано было понять одной простой вещи: что-то должно быть сделано. И либо ты это делаешь, мирясь с малым злом, либо смотришь как без твоего контроля всё сгорает в огне хаоса. Да, я действовал жёстко, но благодаря моим действиям назревшая до этого революция закончилась куда меньшими потерями. Я унял толпу, взял её под контроль, не допустил затяжного конфликта и поставил точку меньше чем за сутки. А то что я принёс кого-то в жертву… так сделаю ещё раз, не сомневайтесь.

Рину я почти сразу отпустил, пусть немного переведёт дух, успокоится и познает смирение. После я позову её ещё раз и сделаю предложение от которого невозможного отказаться. Городу нужен был правитель, новый губернатор и как не крути Рина на этот пост подходит лучше других. Революция закончится, как и война, после этого мягкая женская рука целительницы будет лучшим вариантом.

— Вам письмо, господин, — через три дня ко мне прибыл наш гонец.

Я открыл письмо и улыбнулся. Всё выходило идеально, что не могло не радовать. И даже прибывшее через пару дней войско из столицы меня не смутило. Стены были прочны, оружие получили все, даже женщины и дети. Запасов еды хватит на несколько месяцев, а алхимический огонь и стрелы заберут сотни жизней нападающих.

— Да, это точно новобранцы, — усмехнувшись произнёс я, когда добрался до стены и начал изучать вражескую армию. — Посмотрите на них, они даже траншеи не вырыли, дураки.

И все на стене рассмеялись. Как легко было управлять толпой. Впрочем, пусть они лучше смеются, чем бояться, ведь я совершенно не собирался делать акцент на том, что врагов в десять раз больше и что их инженерные машины вполне могут проделать брешь в стене, что станет причиной прорыва и затем трагичного поражения. К тому же и магов у них как обычно больше, это тоже проблема, пусть мы и на стенах, а они — нет.

Затем я проверил своих ублюдков. Ублюдками я теперь называл любые штрафные подразделения, коих стало куда больше. Все горожане, чья лояльность ставилась под сомнение или кто был уличён в преступлениях, становились ими. Использовать мы их будем в самых жарких боях, чтобы по чём зря не кормить. Однако среди них находились и те, кто сильно ненавидел короля.

И часть таких я взял в свой новый отряд. В целом нас было пять дюжин и как только ночь опустилась на город, мы скинули верёвки со стены и выдвинулись под маскирующими чарами прямо в лагеря врага. Они не стали рыть ров, возводить частокол, а дозорных было слишком мало и они являлись простыми смертными. Поэтому когда мы проникли в лагерь, то стало слишком поздно.