— Просишь меня шпионить за ней?

— Нет, друг, я прошу тебя допросить её. Делай что хочешь, хоть пытай или ублажай, мне плевать. Ты обязан узнать правду.

— Я уже говорил тебе, что характер у тебя не сахар? Зачем ты мне вообще предлагаешь такое? — подобное предложение возмутило меня до глубины души. — Я наверное самое предвзятое лицо на сотни миль округи! Найти кого-то другого и поручай ему подобную грязь.

Кайл не стал отвечать сразу, вместо этого достал трубку и выдохнул дым. Затем он медленно развернулся ко мне и подошёл в упор, смотря мне прямо в глаза. Я взгляда не отвёл, хотя то что пришлось увидеть в глубине его зрачков… это было жутко. Всё же Кайл не был моим другом, хоть и часто это повторял. Он не был и святым паладином, как и защитником угнетённых. Даже человеком он не был, ведь такого взгляда и глаз у людей нет.

И дело тут не в цвете радужки. Просто Кайл всегда был в первую очередь ревнителем Ароса, самым яростным и беспощадным. Он пёс инквизиции, который ради достижения цели легко пожертвует женщинами, стариками, младенцами. Он задушит их собственными руками, а затем умоется кровью и не поменяется в лице, после чего сделает то, что должен. Какой груз накопился на его души за столько времени? Был ли он психически глух или в какой-то момент утратил человечность? Об этом можно было лишь догадываться.

— Друг мой. Лучше тебя с этой задачей никто не справится как раз потому что ты её хорошо знаешь. А я уже достаточно хорошо знаю тебя. И хоть ты сам себя пока что не успел узнать, но мне предельно ясно, что красивые глазки и золотые локоны не спрячут от тебя монстра. Я же не ошибаюсь, друг? — голос Кайла изменился до неузнаваемости, таким я его не слышал никогда. — Очень надеюсь, что не ошибаюсь, ведь в таком случае погибнут десятки тысяч, а может и миллионы. Тут уж как строптивая стерва-судьба кости бросит. Но спроси себя, стоят ли твои личные проблемы, заскоки, какие-то выдуманные принципы и двойные стандарты этого? Это неприятно и больно, да вот только…

Кайл отвернулся и посмотрел вниз на площадь, где шло празднование. Радостные дети веселились под тёплыми взорами родителей, старое поколение скромно наблюдало с балконов и с блеском в глазах предавались ностальгии. Кто-то даже проводил церемонию обручения или создавал первый поцелуй. Так много жизней, так много судеб, невероятное количество радости и веселья…

И всё может быть оборванно уже завтра или прямо сейчас. Гонец принесёт весть о сборе знамён, некромант-самоучка выпустит на охоту кровожадную химеру или чернокнижник создаст новый вид чумы, после чего город придётся предать огню вместе со всеми живыми. Испортить эту идиллию может что угодно, даже обычный маньяк, если стража проглядит его пустой взгляд, прикованный к потенциальной жертве.