— Сгорите, свиньи, — произнёс я и момент моего оскала из костра в небо ударил поток пламени.

Магия в миг превратила кролика в пепел, а затем огонь начал распространяться во все стороны, поджигая одежду бандитов. В бой ринулся и Цезарь, который легко расправлялся с подставившими спину бандитами. Для волка человек наверное даже вкуснее какого-то зайца.

Сброд быстро разбежался, оставив ещё с дюжину трупов на земле. Я убрал оружие и сел обратно, но вдруг обугленное бревно продавилось и развалилось на угли и пепел.

— Я точно проклят… — посетовал я на судьбу и уселся на один из трупов.

— Смотрю ты уже познакомился со своими боевыми братьями и сёстрами? — внезапно в поле зрения появился Эгандрион, который кажется не расстроился из-за учинённой мной бойне.

— Сёстрами?

— А ты не заметил, что среди них были женщины?

— Может если бы они мылись чаще раза в год, то и удалось бы разглядеть что-то кроме големов из грязи.

— Вот как… наверное ты прав, — согласился Эгандрион, ногой переворачивая один из трупов. — Они бы могли умереть в бою, спасая жизни наших солдат.

— Так почему ты не научил их дисциплине?

— Потому что как показывает практика, эти ублюдки неисправимы. Мы взяли самых отмороженных и понимают они только силу. Страх единственный их мотиватор, — Эгандрион кивнул своему офицеру и отряды военной полиции начали проводить зачистку лагеря. — За драку и нарушение порядка, мы проведём децимацию среди всех. Даже среди тех кто не участвовал ни в ночной попойке, ни в этой драке.

— Ха, а я знал что вы сами разрешили пронести алкоголь.

— Молодец. Через децимацию пройдёшь и ты.

— Не понял…

— Ты будешь их командиром. Кроме тебя ставить некого, ни одного из своих офицеров я так наказать не могу, а выходцы из этого сброда способны лишь слабых грабить. Ты же бастард рода Флорианов, наполовину дворянин и маг, к тому же тебя обучали и следовательно тебе легче будет познать азы тактики и стратегии, чтобы вести это мясо в ад.

— То есть я ценен, а ты хочешь бросить жребий, чтобы меня палками до смерти забили? — вопрос я задал спокойно, ведь уже понял, что рисковать мной не будут.

— Жребий на тебя не укажет. Не переживай. Но кого-то тебе придётся забить палкой. Тут уж никак. Хотя ты вроде и так ненавидишь их не меньше меня.

На это я ничего не ответил, а после отправился за военной полицией. Всех нас собрали за лагерем перед Эгандрионом, который с толком, с чувством, с расстановкой и конечно же с матом показывал сброду его место. Иногда он даже подходил к строю и на эмоциях показывал настоящее рукоприкладство от которого во все стороны зубы летели. Одного кажется он и вовсе убил слишком сильным ударом в голову.