Человек скотина адаптивная и к любой жести привыкает. Во всяком случае, как бы сильно ни болело, я остался в сознании и все воспринимал. Змея ведь не приползет ко мне, чтобы доесть? Стопроцентно нет. Ядовитый укус у этой твари для самозащиты, а не для охоты. А что, если есть вторая? Нет, глупость! Вселенная не пытается же меня убить, как нарушающего космический баланс и ломающего естественный ход истории? Даже змеи ненавидят Криса!

Засек время, найдя в себе силы взглянуть на часы. 10:22. То есть 22:22, если по-нормальному. Четыре двойки мне за уровень бдительности. Расслабился, бабосо торрадо. Пута гранде! Курва! А если бы одного из сыновей Роберты и Кена укусили?

10:31 — рядом со мной почти с визгом тормозов остановилась машинка для гольфа.

— Да как же так, парень! Как же так! — услышал я «батьку» Кена, язык у него слегка заплетался — не вздумай пробовать вставать, сейчас тебя погрузим. Девочка, давай живо машину, раз такая смелая.

Смелая? В каком смысле? Захотелось спросить вслух, но язык будто онемел. Надеюсь, не анафилактический шок.

— Да. В нашей машине он сможет лежать, — услышал я сквозь накатывающий туман привычно хриплый голос Линды, набравший внезапную силу.

Наверное, я ненадолго отрубился, так как пришел в себя на разложенном на полную заднем сиденьи Пинто. Скорее всего, меня загружали через багажник. Нога… я ее не чувствовал. Надеюсь, некроз не начался. Тот техасец, запретивший высасывать яд, пугал именно им, а также гангреной и еще… забыл, чем. Амнезией?

— Живой он, живой, — услышал я голос мистера Уильямса с пассажирского сиденья, — следи за дорогой, девочка. Роберта сказала, что неотложка подхватит нас на полпути до Фресно.

Фресно? А, точно, относительно крупный городок, где-то в часе пути от Корсголда. Мы проезжали его. Почему меня везут туда? Почему за рулем Линда? Да потому, что она единственная этим вечером не бухала! Даже Роберту я раз, наверное, пять с пивом замечал, и с шампанским тоже. Батька Кен вовсю вискарь употреблял. Чудо, что протрезвел достаточно, чтобы скорую вызвать и в роли пассажира присутствовать. На полпути, да? Настолько всё фигово? В Питере один местный разраб мне рассказывал, как его в Гатчине гадюка цапнула и хоть бы хны, повалялся пару дней с температурой 38 и весь эффект.

Попытался сказать, что я в порядке, но не смог шевельнуть распухшим языком. До ушей докатилась приближающаяся сирена, а сознание снова уплыло.

Яркие вспышки мигалок ударили по глазам, а на ноге как будто бы проводили натурные испытания испанского сапога. Короче, очень больно.