В одном из храмов мы вытащили из специального гадательного барабана палочки с предсказаниями и Кента, отведя нас к ящику с расшифровкой, сообщил, что японские боги нам благоволят.

Мне гадание пророчило успехи в бизнесе: «Сделки пройдут гладко, ожидается неожиданная, но заслуженная прибыль». Линде выпало счастье-здоровье: «Вас наполнит жизненная энергия. Все ваши недуги, если они есть, скоро отступят», а Трейси поэтичное «Как сакура, расцветающая после суровой зимы, твои долгие усилия наконец принесут великолепные плоды. Впереди лишь ясное небо.»

Цветущую сакуру, мы, к слову, так и не увидели, уже отцвела. Не то, чтобы прямо разочарование. Зато посмотрели на усыпанные мелкими фиолетовыми цветочками глицинии, похожие на нашу привычную сирень. Выглядит красиво, пахнет приятно. Что еще мне, каналье, надо?

Ну, например, было бы неплохо, если бы аборигены прекратили на Трейси и даже иногда Линду пялиться. Ну то есть на мой взгляд моя невеста даже симпатичнее фотомодели, но фигуристая и яркая «Пенелопа Смит» притягивала больше взглядов.

— Они говорят, что вы очень красивая и просят с вами сфотографироваться, — перевел Кента, когда именно к Линде обратилась компания из трех молодых японцев лет двадцати, — Парень слева говорит, что он фотограф из модельного агентства, и предлагает фотосессию, но моё личное мнение — это уловка для знакомства с красивой девушкой.

— Ко мне?

Возражений в духе «но я ведь некрасивая», к счастью, не последовало. Линда явно что-то о себе начала подозревать. А уж когда для посещения храма моих спутниц нарядили в традиционные юкаты, то для местных жителей это был удар в самое сердце. На мой взгляд, все эти разноцветные халатики, не дающие даже шагнуть как следует, выглядят глупо, но японцы выстроились в натуральную очередь с просьбами о фотографировании и автографах. В две очереди, так как популярность фигуристой блондинки тоже зашкалила и то, что она не умела ходить в японской одежде и, на мой взгляд, выглядела в кимоно немного нелепо, ничего не изменило.

Что-то похожее на «Ша-шин, ии дэсс ка?», то есть «можно с вами сфотографироваться» звучало периодически. А я еще считал, что у японцев принято уважать чужое личное пространство.

— Простите нашу молодежь за бестактность, — после третьего раза попросил Масару, — они ослеплены красотой девушек и забывают о нормах приличия.

Фото с канальей Крисом никто не желал. А некоторые расисты и вовсе на меня едва ли не с брезгливостью смотрели. Ну да, смуглая кожа — это же признак низкого рабоче-крестьянского происхождения. Чем светлее, тем аристократичнее. При этом я бы не сказал, что тот же Кента так уж бледнее меня. По итогу, туристические места осматривали две белых госпожи и их никчемная свита.