4

Алексиус говорил очень долго. Он сопровождал свое выступление демонстрацией списков и картинок, криво нарисованных на выцветших простынях. Так вот для чего они понадобились ему! Было непривычно, но Пандора не могла не признать, что так рассказ Алексиуса звучал гораздо убедительнее. Наконец он сделал паузу, и повисла напряженная тишина, словно в могильном склепе. Лишь сквозь высокие окна в потолке доносился приглушенный гомон бурлящей жизнью агоры.

Пандоре показалось, что она слышит стук собственного сердца, и она затаила дыхание.

Гипполох не выдержал и вскочил с места:

— Клянусь Асклепием, никогда не слышал подобной глупости! Болезни порождают зловредные миазмы, исходящие от гниющих останков!

Послышались одобрительные возгласы. Но, похоже, некоторых лекарей слова Алексиуса заставили задуматься.

— Но как все же объяснить передачу болезней между пациентами? — задумчиво произнес Хризамис. — У нас в храме недавно был престранный случай… А уж миазмов там быть не может, поверьте! Мы долго выбирали подходящее место — чистое и угодное богам…

— Мне тоже припоминается несколько историй… — поддакнул его сосед.

Пандора испуганно посмотрела на Алексиуса. Он перехватил ее взгляд и подмигнул.

— Уважаемые лекари, я как раз хотел показать вам кое-что, что может убедить вас… — с этими словами Алексиус подошел к высокому столику, накрытому куском белой холстины, и осторожно поднял ткань. Там стоял загадочный предмет: длинная черная трубка, прикрепленная к вертикальной планке.

Все затихли и повернули головы, следя за его манипуляциями.

Алексиус аккуратно приподнял стол и перенес его под яркий солнечный луч, падающий сквозь световое окно. Он взял со стола алабастрон и выразительно потряс им.

— Здесь вода из священного источника Эннеакрус. Я набрал ее по пути на агору.

Пандора покосилась на Лисимаху, подавшуюся вперед. Все присутствующие тянули шеи, пытаясь разглядеть зажатый в руке Алексиуса сосуд.

— …это устройство, дарованное мне Посейдоном, позволяет подробно разглядеть любой предмет в мельчайших деталях. Оно называется микроскоп. Кто-нибудь хочет взглянуть?

Но прежде чем кто-то из лекарей решился подойти к Алексиусу, Лисимаха вскочила со своего места и сбежала вниз, провожаемая негодующими взглядами мужчин.

Алексиус подвел ее к столику, с легким хлопком откупорил алабастрон и аккуратно капнул священную воду на прозрачную пластину. Затем ухватился за небольшой блестящий кругляшок в основании трубы и словно поймал им солнечный луч. Потом, зажмурив левый глаз, он прильнул к верхней части микроскопа, подкручивая какое-то колесо.