с налета, пока они там глаза протирают. Егоров задумчиво посмотрел на синеющие впереди ущелья. Триста штыков в каменном замке при пушках – орешек крепкий, но если застать врасплох, можно и без осады обойтись. – Поднажмем, Ефим. Передай Григорию Михайловичу: через два часа полк будет у развязки. Пусть казаки коней не томят, но и глаз с ворот не спускают. – Сделаем, вашпревосходительство! – Шестопалов крутанул коня на месте и, взметнув облако дорожной пыли, умчался обратно к своим. Алексей обернулся к подходившим ротам. Егеря шли споро, позвякивая флягами и поправляя лямки заплечных мешков. Усталость после недавнего отдыха как рукой сняло. Полк Егорова скрытно втянулся в густые заросли на склоне – здесь, в предгорьях, скалы были густо перемешаны с рощами съедобного каштана и приземистого скального дуба. Подлесок из дикого орешника и колючего дрока стоял плотной стеной, надежно укрывая егерей и казаков от глаз с крепостных стен. Генерал-майор Поздеев уже ждал Егорова, пристроившись за выступом серого известняка. Григорий Михайлович отложил подзорную трубу и жестом подозвал Алексея. – Гляди, генерал-батюшка, – негромко проговорил он, указывая на куртину. – Вон там, у пушки левой, часовой прислонился, долго так стоит – почитай, что спит стоя. А во дворе, видишь, дымок вьётся? Кашу, видать, варят, сердешные. Никакого дозора со стороны ущелья, все, кто есть на стенах, на Туринский тракт пялятся. Егоров припал к трубе. Французы и впрямь несли службу спустя рукава. Один канонир лениво протирал ветошью ствол орудия, двое солдат на парапете о чем-то весело переговаривались, не думая вести наблюдение за окрестностями. Несколько человек прохаживались по верху стен, трое стояли у открытых створок ворот. – Сонное царство, – подтвердил Алексей, сворачивая трубу. – Сколько их там всего, Григорий Михайлович? Триста, говоришь? – Да не больше, Алексей Петрович, – подтвердил тот. – Половина – инвалиды из местных гарнизонов, да маршевая рота из новобранцев ещё застряла. Но ежели ворота запрут да к пушкам прыгнут – кровью умоемся, пока эти стены грызть будем. Поздеев подался ближе, его глаза азартно блеснули. – Задумка у меня такая: ворота-то у них совсем не заперты, только решетка, да и та приподнята. Сейчас мои казачки, человек десять, переоденутся в местное тряпье – благо трофейного полно. Подкатим к воротам пару-тройку арб с сеном, вроде как фураж и провиант везем. Пока они будут там лаяться – мы ворота арбой и подопрём. Даже если и скинут решётку вниз – её повозка застопорит.