— Только лорду Арвену на тот момент была уже тысяча лет, а мне немного меньше, — произнесла я. — Но я искренне сочувствую вашей общей утрате. Это действительно нелегко.

— Ты права.

Когда винтовая лестница закончилась, мы оказались перед массивной деревянной дверью, которую Ариэлла открыла обычным металлическим ключом. Я изумленно огляделась. Это была мастерская! Настоящая творческая мастерская с мольбертами, холстами, полками с красками и кистями. Ариэлла пригласила меня внутрь, и мы прошли к картине, что висела по центру. На ней была изображена кошка. Белая, с раздвоенным языком. Та самая. Из моего сна.

— Моя мама любила рисовать. Это её портрет. Удивительно, правда?

— Да, — ответила я, с интересом рассматривая каждый мазок. — Это действительно восхитительно. Ваша мама была настоящим талантом.

И тут я осеклась, удивленно посмотрев на женщину.

— Но вы ведь имеете в виду не портрет, нарисованный ею, а именно её портрет во второй ипостаси?

— Здесь была её мастерская, — не ответив, сменила тему Ариэлла. — Я периодически захожу сюда, проверяю заклинания по консервации, смахиваю кое-где пыль и вспоминаю маму.

— Вы скучаете по ней?

— Эта рана давно зажила.

— Я вам напоминаю вашу маму? — спросила я.

Леди Ариэлла не торопилась отвечать, внимательно глядя на меня. Я смутилась под этим взглядом и, желая уйти от него подальше, прошла к столу, на котором лежали палитра и кисти в таком виде, будто их недавно использовали. Здесь действительно царила идеальная чистота. Смерть жены Арвена была внезапной. К ней никто не мог подготовиться.

И всё было бы так, я бы действительно поверила, что палитра лежит давно, хоть и выглядит недавно использованной из-за магии консервации, но пейзаж на мольберте… незаконченная работа навела меня на другие мысли, потому что мне была знакома эта техника. У меня невольно вырвался вопрос:

— Тут кто-то работал в последнее время?

— Что? — отстраненно спросила Ариэлла, мотнув головой, и посмотрела на меня, нахмурившись. Я же подошла к мольберту, на котором был прикреплен лист с начатым пейзажем. — А, ты про это. Иногда сюда заходит Нелон. Он замечательный художник, хотя скрывает свой талант. Я разрешила ему иногда посещать мастерскую. Какая разница, если она всё равно пустует. По крайней мере, я так думала.

Пока Ариэлла говорила, я внимательно изучала штрихи, технику, исполнение. Если бы не образование искусствоведа, я бы не обратила внимания, но… мне это было знакомо. Я узнавала то, что видела.

Внезапно кусочки разбитого пазла сошлись воедино. Нет, этого не может быть… не может. Или все-таки?..