моему окаянству? И снова я думаю: кто первый дошел до познания какого-то блага, тот не получит его и уже отвергнут за маловерие и уныние, как Иуда Искариот. Прости меня, Господи, Иисусе Христе, дай и мне вкусить плоды моего познания, не моего — Твоего, которое Ты дал мне, дай мне силу и крепость устоять хоть в одном, и если в одном, то во всём, чтобы и я святил Твое имя, приближал Царствие Твое, исполнял Твою волю. Что говорит во мне: гордыня ли оттого, что я взял на себя слишком много? Но разве я сам взял? Ты дал мне. Или своеволие — я, горшок в руках горшечника, спорю с Тобой, требую от Тебя многого? Но не Ты ли Сам повелел требовать от Тебя многого, быть неотступным, бороться с Тобою: Царствие Небесное силой берется, и употребляющие усилие восхищают его. Каплет око мое к Богу, я хочу говорить с Тобою, как человек с ближним своим. Господи, вылилось горе мое к Тебе, выслушай меня, буди милостив мне, грешному. 17 ноября. Если Бог дает понять мне мой грех и, значит, я обвиняю себя, потому что Он обвинил меня, то, поняв это, я уже снова обвиняю Бога, потому что и мое самообвинение — обвинение меня Богом. Что тогда оставил Он мне? Ничего. Тогда вся моя ночная молитва — двойное восстание на Бога. Но чего я прошу? Чтобы Он оставил мне Свое ничто. И Он оставил мне Свое ничто, и в ничто я завопил и, как Иов, отрицаюсь и раскаиваюсь на пепле и прахе. Весь день я сегодня был не при деле: и когда утром ничего не делал, и когда днем читал Евангелие, и когда вечером был при деле. Бог услышал меня, дошел до Тебя мой вопль, да святится имя Твое. 26 ноября. Два духовных плана или духовные плоскости жизни: вертикальный (в глубь истории) и горизонтальный (в современности). В вертикальном плане Лютер ближе мне, не только чем Эразм, но и чем Сартр или Хайдеггер. Но Лютер бросил в черта чернильницу, а я не брошу, хотя и не отрицаю существование дьявола, только не анти-Бога, а анти-Христа, то есть антихриста. Вертикальных плоскостей, может, только две: Христова и антихристова, но редко, может, никогда в людях они не являются в чистом виде. В некотором приближении Лютер и я в одной вертикальной плоскости, но в разных горизонтальных. Сартр и я в одной горизонтальной плоскости, но в разных вертикальных. В разных горизонтальных плоскостях может быть одинаковое материальное понимание, то есть ноуменальное, но разное формальное: понимание одно и то же, но язык разный. Находящийся в последующей плоскости поймет находящегося в предыдущей, если оба в одной вертикальной плоскости. Но если