И это только начало преамбулы — или вводной части! Сама вводная часть занимает три страницы. Лично я в свое время не осилил даже эти три, не говоря уже о полном тексте. В школе КГБ, когда я пытался читать Конституцию СССР на занятиях по конституционному праву, мне казалось, что я держу в руках книгу с заклинаниями. А сейчас я наблюдаю, как серьезные люди с серьезными лицами обсуждают эти громоздкие и зачастую размытые словесные конструкции.

Я с нетерпением ждал, когда закончатся все эти «ритуальные заклинания» вперемешку с лихорадочным поиском виновных и неуклюжими отмазками, почему работа не была сделана вовремя.

Пока длилось неинтересное для меня обсуждение, наблюдал за Горбачевым. А тот просто светился от радости. Чувствовал себя победителем. Думал: «Ну наконец-то меня заметили! Наконец-то пригласили! Я участвую в историческом заседании!».

Что тут сказать? Тщеславие — хороший энергетик, и Горбачева оно вознесет высоко. Но в той реальности, где рядом с Генсеком не было «обновленного» меня. Так что еще посмотрим, Миша, посмотрим…

Спустя некоторое время, слово дали и Горбачеву. Чтоб этого добиться, он тянул вверх руку. Как ученик, который хочет, чтобы учитель заметил его и похвалил при всех.

Но если другие читали по бумажке, не отрывая глаз и часто бубня без выражения, то Горбачев сразу начал говорить как с листа, но самостоятельно. При этом довольно энергично и эмоционально. Правда, по сути — ни о чем.

— Я хотел бы заострить, товарищи, внимание ваше на том, что у нас еще до сих пор принижена роль Советов народных депутатов.

— Как принижена? — удивился Борис Николаевич Пономарев, председатель рабочей группы. — У нас советы снизу доверху — это же основа основ нашей государственности!

— Я имел ввиду это, но и в то же время хотел еще раз подчеркнуть, усилить и углУбить роль Советов в нашей государственности и закрепить за ними контрольные функции. Они у нас безусловно присутствуют, но надлежащим образом не оформлены и не подчеркнуты…

Господи, он сам-то понял, что сейчас сказал?

Мне вспомнился случай из моего «гуляевского» детства. Я не выучил урок. Тема была по истории древнего мира, о рабстве в древнем Риме. Учительница не то, чтобы строгая, но стоило только запнуться, отвечая у доски, как она сразу лепила двойку. Я начал отвечать и вдруг с ужасом обнаружил, что из головы вылетели даже те обрывки темы, которые знал. Понес всякую ахинею, только чтобы не останавливаться. Сначала побаивался, но учительница только кивала головой, думая о чем-то своем и вообще не вслушиваясь в мои слова. Я осмелел и пересказал вкратце содержание фильма «Тени исчезают в полдень», но в древнеримском антураже.