— Домой? — уточнил Николай, когда я уселся в салон черной «Волги».
— Домой, Коля, домой, — ответил ему и устало закрыл глаза.
Глава 22
Почему я так часто думаю о еде? Во-первых, нравится мне натуральная советская еда, а во-вторых, когда порой целый день ходишь голодным, то еда превращается в особое удовольствие. «А я сегодня вообще ел?», — попытался вспомнить и не смог. С утра разговор с Александровым-Агентовым, потом Высшая школа КГБ, экзамены, дальше Лубянка, и вечером снова Заречье… День был бесконечным. Но завтра будет не менее важным — начинается моя служба в качестве начальника Управления собственной безопасности…
«Сегодня Нина ночует у меня. Завтра бы выходной попросить, все-таки надо подать заявление в ЗАГС», — думал Николай, мысленно репетируя, как лучше сказать девушке о серьезности своих намерений. Я пожелал ему удачи — тоже мысленно.
На Кутузовский прибыли, когда уже совсем стемнело.
— Завтра как обычно? — поинтересовался Николай.
— Можешь взять выходной. Я завтра на своей поеду. Если будет что-то срочное, вызову. Спокойной ночи, Коля. Или она у тебя будет бурной? — я хитро улыбнулся.
Николай слегка смутился, неопределенно хмыкнул, а сам подумал: «Как он догадался? Словно мысли читает, вот что такое настоящий профессионал КГБ! Или „дедукция“, как у того детектива из книжки, Шерлока Холмса. Классный следак, хоть и англичанин, вот бы про него фильм сняли…».
Я снова улыбнулся мыслям Николая. Он ведь как в воду глядел — уже в 1980-м на экраны выйдет гениальный телесериал с Ливановым в главной роли. На мой взгляд, это лучшее киновоплощение Шерлока за все времена, такой шарм никому не удалось переплюнуть.
Попрощавшись с Николаем, я пошел к дому. У подъезда приостановился, подняв голову. Окна моей квартиры были освещены. Прекрасно, значит, мои еще не спят.
Вошел в подъезд, посмотрел на дремлющую консьержку и не стал будить. Время восемь вечера, а она уже дремлет. Все-таки с безопасностью моей семьи надо что-то делать, тем более, на новой должности врагов прибавится. И наверняка многие из них захотят повлиять на меня, используя мою семью. Этого допустить нельзя.
Пока ехал в лифте, думал о том, что давно никуда не ходил с детьми, не покупал подарков. Совсем забросил своих домашних. Первое время, когда только попал сюда, держался за них, как за спасательный круг. Люди, которые меня любят. Ну, может, не совсем меня — они не знают, кто я теперь на самом деле, но все же…
Я открыл дверь и покачнулся: на миг показалось, что волна ароматов сбила с ног, оглушила, накрыла так, что закружилась голова. Пахло мясом, специями. А еще и сдобный аромат с нотками корицы и ванилина окутал меня, когда я, раздевшись и разувшись в прихожей, зашел на кухню.