Кто его заместитель? Первых замов у него четверо. Надо будет уточнить у Эскаланте, к кому конкретно обращались кубинские безопасники…
Глава 16
А вот и он, легок на помине! Дверь открылась — и в кабинет вошел Фабиан, за ним следом появился изящный, аккуратный, похожий на профессора человек.
Маркус Вольф собственной персоной!
— Не ждал вас так рано! — я встал, шагнул навстречу гостям, поздоровались за руку.
Рука Вольфа была железной, и сам он, несмотря на внешность интеллигента, был человеком очень жестким. В «Штази» такие операции проворачивал, что на некоторых можно и нам поучиться.
— Уже виделись, но встречи с хорошим человеком никогда не бывают слишком частыми, — Эскаланте рассмеялся.
— При необходимости, можете использовать и наших агентов, — предложил Вольф, присаживаясь в предложенной мной кресло. — Вам давно следовало связаться со мной.
— Имел другие обязанности и полномочия, — усмехнулся я.
Фабиан Эскаланте, вместо того, чтоб занять второе кресло, уселся прямо на краешек стола, придвинув поближе к себе пепельницу. В его пальцах тут же возникла сигара, табачный дым белесой дымкой поплыл по комнате, добавляя нашему импровизированному «совещанию» загадочности.
— Фабиан, к кому конкретно из заместителей Крючкова вы обращались? — задал я вопрос, который следовало задать еще во время нашего совместного обеда.
— Усатому, — ответил Эскаланте и тут же поправился:
— Э, нет, простите, Усатову, — он потрогал собственные усы, пригладил их. — Русский мне как родной, но все равно иногда делаю ошибки. Усатов получал информацию, говорил «спасибо», но никаких действий не предпринимал. Не хотел «разводить панику на пустом месте», как мне докладывали.
— То же самое и у нас, — подтвердил Маркус Вольф. — У нас сейчас основная задача — диссиденты. Отслеживаем контакты с советскими учеными и работниками культуры. В частности нас очень интересует фигура Андрея Сахарова. Неделю назад, сразу, как приехал сюда готовить приезд Хоннекера, я встретился с Бобковым по поводу активного общения академика Сахарова с некоторыми немецкими, с позволения сказать, товарищами. Не знаю, что за бардак у вас творится, но меня просто поражает легкомыслие ваших генералов! Ваш Сахаров — это активно действующий диссидент, при нем работает целый штаб. В ГДР подобное даже представить не возможно!
— Согласен, Сахаров слегка помешался на защите прав человека, — я постучал пальцем по лбу.
— Так в чем же дело? — усмехнулся Вольф. — Помогите ему помешаться окончательно. Уж с этим проблем нет, технологии разработаны давно.