Длинная, прямая, как стрела, белая галерея. По обе стороны — одинаковые двери с номерами и ни одной живой души. Ни охраны. Ни медперсонала. Тишина, нарушаемая только далеким гулом вентиляции. Я прошел несколько метров, прислушиваясь. Ничего. Надеюсь, что это был просто не тот этаж. Но если вдруг охрана внутри палаты… Это усложняло все в геометрической прогрессии….

Я вернулся к лестнице и решил пойти вниз именно по ней. Что меня порадовало больше всего — тут не было камер. Металлические ступени звенели под ногами. Я спустился на один этаж пониже. Та же картина. Бесконечный белый пустой коридор — и ничего. Потом был еще один этаж и еще один. Неужели мы и правда просчитались? Охрана действительно сидит внутри, и тогда нам придется вскрывать каждую палату, как консервные банки, рискуя наткнуться на полицию, персонал или пациентов?

Я замер на лестничной площадке, обдумывая следующий шаг. И в этот момент мой магофон в кармане завибрировал, передавая сигнал прямо в бедро. Сашка. Надеюсь, он с хорошими новостями.

Я поднес аппарат к уху, не говоря ни слова нажал кнопку вызова и слушал.

— Три… — голос Сашки был низким, спокойным, но в нем чувствовалась легкая эйфория. Да! Он справился! Он нашел этого сукина сына! Значит, мой план сработал!

Адреналин тут же ударил в голову. Я положил трубку и вызвал лифт. На этот раз я ждал его очень долго, или мне так казалось из-за напряжения.

Лифт прибыл не пустой. Внутри стояли трое мужчин в таких же, как у меня, халатах. Я вошел, нажал нужную цифру. Двери закрылись. Они даже не взглянули на меня — просто продолжили свой разговор, как будто я участник этой беседы.

— … так что, если сегодня не завалят бумажной работой, можно и пропустить стаканчик-другой пивка… — говорил один, бородатый, с умными, но достаточно циничными глазами.

— Мечтать не вредно, — вздохнул второй, идеально гладко выбритый, потирая переносицу. — С тех пор как этого… Гостя к нам доставили, главврач носится как бешеная. Все на ушах стоят, сука, как же меня это бесит. Перекрыли по сути, весь этаж. Ни войти, ни выйти без трех проверок. Да вот нахер мне это все надо?

— Мафиозо тот еще, — кивнул третий, молодой, в очках. — Шепчутся, что ему светит не просто тюрьма, а что-то серьезное. И зачем мы его лечим? Лучше бы он сдох на этом складе, или где там полицейские его взяли? Столько людей он погубил… Урод…

Я стоял, глядя на мигающую подсветку этажей, впитывая каждое слово. «Гость». «Мафиозо». «Сдох». Он был не просто пациент. Он был делом государственной важности, особенно после убийства майора Петрова. Им нужно было сделать показательную порку. Именно поэтому его жизнь имела значение. Во всех остальных случаях его бы просто добили прямо там, в ангаре, и точка. Но теперь это было политическое дело.