Я шагнул к столу и протянул руку.

— Договорились! — сказал с максимальной уверенностью.

Север медленно, нехотя пожал ее.

— Отлично, — сказал я, отпуская руку. — Тогда еще момент. Ты же знаешь, да, что за офисом и складами следят? Машина копов дежурит на улице.

Север усмехнулся, и на его лице впервые за этот разговор появилось что-то похожее на улыбку.

— Леха, я знаю гораздо больше тебя, и если ты владеешь информацией, знай, что и я тоже. Эта ржавая тачка дежурит тут каждый день. Уже неделю примерно. Они даже водителя не меняют, идиоты. Тот, наверное, уже воняет, как уличная собака, — Север не упустил возможность оскорбить служителей закона.

— Ну так вот, Север, помнишь, мы общались на тему того, чтобы скормить им наживку? Отвлечь внимание? Мне кажется, сегодня как раз подходящий случай. Мы отвлечем их и спокойно вывезем кристаллы на вокзал, — напомнил я нашу идею.

— План уже готов, парень! — неожиданно оживился Север, и его глаза загорелись азартом. — Я все придумал, слушай. Ты сейчас выйдешь из офиса и сделаешь вид, будто сливаешь им секретную информацию… Скажешь, что у меня сегодня давно запланированная поставка в порту ночью. Они клюнут и приедут туда. Знаешь, что их будет там ждать?

— Что же? — спросил я, вообще не догадывался, что можно от него ожидать.

— А там сегодня должна прийти партия… Нелегальных фабричных фаллосов! — Север расхохотался, хлопнув себя по колену. — Представь их лица, когда они ящики с пластмассовыми письками будут грузить в свои машины как конфискованный стратегический товар! Ха-ха!

Это было гениально и по-северовски извращенно. У него и правда было чувство юмора. Черное, как смола, и иногда понятное только ему. Но сейчас оно было как нельзя кстати.

— Идеально, — сказал я, не сдерживая улыбки. — Они будут заняты всю ночь.

— Всю ночь и еще полдня, пока разберутся, что к чему! — с удовольствием подтвердил Север. — Ну что, Леха, готов сыграть свою роль?

— Готов, конечно же! — подтвердил я.

— Тогда давай, красавец, действуй! И не забудь — три дня. Я буду ждать тебя тут с деньгами.

Мы еще раз пожали руки, на этот раз с каким-то странным боевым товариществом. Я вышел на улицу. Солнце светило ярко, машина по-прежнему стояла на своем месте.

Я пошел по тротуару в сторону перекрестка, намеренно замедляя шаг. Проходя мимо машины, я сделал вид, что у меня развязался шнурок. Присел на корточки прямо напротив водительского окна. Я видел, как в тонировке шевельнулась тень — человек внутри наблюдал за мной.

Пока возился со шнурком, поднял глаза и жестом показал — мол, откройте окно, есть, что сказать. Секунду ничего не происходило, потом стекло медленно, с легким жужжанием опустилось сантиметров на десять.