— Да вы охуели! — возмутился незваный гость. — Князя порешили и оргию устроили? Ещё и над телом надругаетесь?

Боря тут же головой покачал. Нет, не так всё было. Но крыть было нечем — надругается массажистка, пока не видят. А Марина самого в плен взяла, неудобно объясняться.

«Зина вкус ебли прочуяла почуяла», — добавил внутренний голос: «Под шумок и на очередь встала в ночном разврате».

На лице массажистки так и написано, что замыслы у неё на мужика. Не на одного, так на другого.

Зина, устав ногу держать, так на Князя лицо и опустилась. Тот глаза и открыл сразу. А под простынёй свет преломлен. И рыжая мохна в лицо тычется. А соскочить нельзя. Ляхи обхватили, сжали. И пускать не собираются.

— Чё, суки! — закричал тут же Князь, протрезвев в момент перед верной смертью. — Голыми руками не взяли, так под пресс решили пустить⁈

И кричит ещё грозно так, вибрирует щеками. Зина это дело сразу прочуяла и поближе только присела, чтобы наверняка. Забубнил тут же Князь, забулькал. А ей приятно.

Прервать массажистку на полпути сейчас означала ровно то же, что быка остановить перед красной тряпкой. Елозит только. А внизу булькает, барахтается, но выбраться не может. Удобно управлять мужчиной, когда между ног валяется.

Бита, как стоял с бескозыркой в руках, так и перекрестился. Заметив тот атрибут для Шаца важный, Боря вдруг понял, что с собакой не ладно. Возможно даже — всё, нет никакой собаки. А это уже совсем ни в какие ворота!

— Ты что же, Боцмана на мясо пустил⁈ — вскричал и он и так мощно дёрнулся морду бить, что пробкой вылетел из предыдущего места пребывания.

Марина уже несколько привыкла, что мужчина её крепко поддерживает. Даже закупоривает. И когда та поддержка вдруг прекратилась, выдала такую автоматную очередь, что Бита на рефлексах от жизни полубандитской на пол рухнул, и голову бескозыркой прикрыл. Ногой дверь невольно толкнул. Та и распахнулась наружу. Боцман тут же заскочил в баню и в бескозырку свою вцепился, а попутно, чтобы совсем обидно было, принялся Биту в хвост и гриву охаживать. Собачье-рефлекторным-сгибательным. Всё-таки плохая идея — кобеля в самом расцвете сил дома долго держать.

Боря застыл, поражённый картиной. Может Шац в крупу виагры подсыпал, а он и не знает? Метнулась обратно в душ Марина, как бы чего не вышло. Заржала в голос Зина, ногу подняла. Закашлялся, вновь набирая в лёгкие воздух Князь, как утопленник после реанимации. Бита же получил в ухо подарочек от пса и тут же прикрылся, отдавая трофей.

На фоне всего этого на втором этаже со скрипом открылась дверь. Все подняли головы наверх, включая Боцмана. А там сонный Лапоть, глядя на эту картину, почти философски заявил: