— Да я там пока шёл… упал. Ну вот порвал, короче. А это… в поясницу как отдало при ударе, так и стоит… видимо, от боли. Нерв задело.

Эссе получилось на любителя.

Но Князь заржал, довольный кратким пересказом:

— О, братан, да ты походу такой же ебанутый, как доча моя. Что, тоже от любой хуйни возбуждаешься? Вот же два сапога — пара. Да обе левые, что б вас!

Не успел Боря ничего ответить, поражённый продолжением устоявшейся поговорки, как Князь повёл его в столовую и сам спросил:

— А как же ты Зинку собрался тогда пялить? Или ты это… удалённо?

— Как это? — округлил глаза собеседник.

— Ну, фотку послал, считай — отымел… Морально. А она там пусть себе доделывает чего хочет. Женщины они всё-таки старательнее нас, Боря. Видишь, как филиппинки носятся?

Боря видел пару женщин, которые блюда на стол начали выставлять при приближении то ли босса, то господина, то ли сразу хозяина. Сложно сказать, отдал ли им работодатель паспорта или выкупил на чёрном рынке с концами. На лбу не написано. Но что мог — и ежу понятно.

Но гость о блюдах не думал. Куртку у него ещё в пути забрали. Успокоился вроде немного, обмяк. Но все мысли исключительно о девушке с васильковыми глазами теперь.

— А можно я… за Кирой схожу? — спросил Боря.

— Ну, конечно, можно! — воскликнул без пяти минут тесть. — Можете хоть первый брачный ужин опошлить. Мне по боку… Галя, блядь, где кабан? Неси кабана!

Он обращался к прислуге. Глобальный даже невольно посмотрел на скромно одетую женщину. А там на лице написано — не Галя. Совсем. Скорее Габриэлла. Но Князю можно. Он мог себе позволить хоть роту Габриэлл содержать и каждый день переименовывать.

— Ты там это, Борь. Хуйню эту в камин брось по пути. И в цивильное что-нибудь переоденься по ходу. В моей спальне гардеробная, — догнали в спину с трещиной на пиджаке слова хозяина дома. — Кира покажет. Запомни раз и навсегда, щегол. Стиль решает! Если выглядишь как говно, то не жди отношения как к изюму.

Приободрённый гость вымучил улыбку и поспешил на второй этаж, на ходу снимая пиджак и действительно закидывая его в камин. Раз просят, надо выполнять.

Глядя на этот манёвр довольно острым зрением (так как книг никогда не читал и предпочитал школу жизни), Князь шампанским из бокала прыснул. То, что зять послушным должен быть — это понятно. Но тупость лечить надо. Сказал вроде иносказательно, а поди ж ты — пояснять за каждый момент придётся как с Битой. Не понимают, черти, сарказма!

— Оба левые, — задумчиво повторил Князь, взял в руку огромный нож, (что почти тесак) и принялся потрошить жаренного кабана, разделывая на кусочки мясо. — Почему такое жёсткое? Что за дичь? Несите пива под жесть эту! Нахер это шампанское! От него только пердеть и башка болит постоянно.