Мелькнуло что-то по дороге. Глядь, а на переулке том мужик на столбе висит, с верёвкой у ноги. Боря остановился, присмотрелся — ценитель цветмета?

Не то, чтобы за шею висит. И не то, чтобы на верёвке. Провод просто, кабель даже. Изоляции почти никакой.

Прищурился Боря. Не самоубийца, точно. Скорее, мужик в электрики подался, с поясом дровосека-древолаза взобрался за проводами как собиратель дикоросов на кедрач за шишками.

Но нет на столбе шишек! А у ноги вместо того пояса только что-то светло-оранжевое виднеется. Под жопой почти.

Моргнул сантехник и вдруг отца узнал, открылся рот в удивлении:

— Батя?

Боря из машины только выскочил, а мужик, (оранжевым зад подпирая, и

в проводах ковыряясь), даже помахать не успел. Сверкнуло вдруг мини-молнией! И полетел подальше от столба метеоритом. А рядом оплавленными осколками полетели оранжевые снаряды.

Отец мгновенно такой заряд бодрости получил, что тут же в сугроб угодил! Охлаждаться. Оранжевое, да подгоревшее, рядом упало. Чуть медленнее.

Боря наперерез к столбу рванул, в ботинки снега набирая. Подскочил к сугробу, а от телогрейки бати пар валит.

— Бать?

В небо смотрит глазами осоловелыми недоэлектрик. Но пока не застывшими. И на том — спасибо!

Моргнул для верности Глобальный-старший. А рядом — кукла надувная валяется. Да не одна, а две. Связанные. Одна с лицом недовольным, оплавленным. Губы такие, как будто электрошокеру минет пыталась сделать. Да так и взорвались. А второй жопу порвало, как будто носорог просунул. И всё — без смазки.

— Батя, ты чего удумал? — спросил Боря, пульс щупая, а на секс-куклы внимания ничуть не обращая.

— Боря… я твой отец, — заявил отец.

Видимо, раздел логики в мозгу как следует встряхнуло.

— Да я в курсе! Но зачем ты на столб полез? Ещё и с бабами надувными?

— То не бабы, то контрафакт один! — заявил вместо этого батя. — Нет там ни резины, ни силикона. Химия одна. А вы это ещё и писькой натуральной трахаете? Что за молодёжь пошла? Суют куда не попадя. Совсем хер отвалится с такими присадками!

Пульс родителя зашкаливал.

«Живой, вроде», — заметил внутренний голос: «Ему же на троих жизни хватит, раз сразу двоих кукол дёрнул из прицепа»!

Пётр Иванович за пальцем перед глазами следил пристально.

«Жив, точно тебе говорю. Но может мозги испеклись и в „овощ“ уже превратился»? — предупредил внутренний голос.

— А хули делать? — заявил отец, вариант тот сразу отметая.

Не будет овощ матерится, лёжа на снегу.

Только кашлянул то ли паром, то ли дымом. И нос почесал в перчатке сварочной сизый. А на сдутых баб даже не оглянулся. Те свою работу выполнили. Только итог не важный.