— Я не настолько глупа, чтобы открыто покушаться на вашу жизнь, лорд, — любезно ответила я и в ожидании ответа повернулась к мужу.
— Завари, — кивнул он. — И себе не забудь. Ты сегодня очень хорошо поработала, Шанталь. И тебе тоже надо выспаться и отдохнуть.
— Хорошо, — не стала спорить я.
Через пять минут, вручив одну кружку Себастьяну, а вторую взяв себе, я поднялась наверх. Усталость и напряжение пережитого дня давали о себе знать. Немного потоптавшись, я свернула в сторону спальни мужа. Когда бралась за дверную ручку, всерьез опасалась, что дом вновь укажет мне на мое место. Но он молчал.
Приободренная, я открыла дверь и вошла внутрь. В конце концов, мы не впервые были вынуждены спать в одной постели, так что ничего страшного. А попадаться хозяину теней не хотелось. Он и так подозревал нас.
Рассматривать обстановку никакого желания я не испытывала. Лишь краем сознания отметила, насколько большая и темная у Себастьяна комната. Выпив отвар, я забралась в постель, обняла подушку и сразу же уснула. Сил на размышления о том, что готовит мне завтрашний день, не осталось.
Глава Седьмая
Шанталь
Утром я проснулась одна. Соседняя половина постели так и осталась нетронутой. Либо Себастьян вообще не ложился, ухаживая за другом, либо ночевал в комнате для гостей.
Сев на кровати, я сладко зевнула, с хрустом потянулась и только после обратила внимание, что посреди спальни стоит сундук с моими вещами. Похоже, муж дал добро на мое место жительства на ближайший год. И пусть я испытывала легкие угрызения совести из-за того, что лишила его спальни, но с другой стороны, моей вины в этом не было. Зато теперь у меня появилась возможность осмотреться.
В одном конце просторной, выдержанной в коричневых тонах, комнаты располагалась огромная кровать на массивных ножках с высоким изголовьем. Напротив нее — платяной шкаф, в углу диванчик с журнальным столиком и два кресла, а у двери пузатый комод. Солнечные лучи, проникающие сквозь украшенное темно-зелеными шторами окно, падали на пестрый ковер с геометрическим узором.
Висящие над тумбочкой большие круглые часы показывали уже десять часов. Обычно я так долго не спала, предпочитала вставать на рассвете. Но, видимо, вчерашнее потрясение плюс успокоительный настой сыграли свою роль.
Умывшись, я переоделась в любимую синюю юбку и белую блузку. Расчесала волосы и заплела их в косу. А затем бесшумно, чтобы не разбудить пациента, спустилась вниз. Делала я это не потому, что ему требовалось больше отдыхать. Скорее из-за нежелания вновь вступать в бесполезный спор.