— Поэтому ты решил взяться за меня? — хмыкнул Себастьян и весело поинтересовался: — Мне уже покупать кольцо и отправляться к семье Ясель с предложением?
Честно говоря, он до сих пор не верил, что происходящее не шутка или очередной розыгрыш деда. Тот любил издеваться, порой совершая весьма провокационные поступки.
— Я уже нашел тебе невесту, — спокойно сообщил герцог, вновь пригубив вина.
— Неужели? И кто она?
— Некая месси Эббот.
А вот тут Себастьяну стало не до смеха.
— Месси? Она человек? — Подавшись вперед, он нахмурился. — Ты серьезно?
— Да. Я уже отправил послание ее родителям, известив о наших намерениях. Они готовятся к свадьбе. И тебе пора бы собираться в дорогу. До Овейского округа путь неблизкий.
— Овейский округ? — переспросил Себастьян, начиная осознавать, что дед вовсе не шутит.
— Да. Разрешение на брак уже получено. Свадьба через неделю. Двадцатого числа этого месяца.
Дед протянул ему бумагу, скрепленную сургучом с императорской печатью. Но только Себастьян не торопился ее брать.
— А если я откажусь?
— Тогда я перекрою тебе доступ к семейному артефакту, — отставляя в сторону бокал, пригрозил дед. — Ты женишься на месси Эббот, иначе лишишься доступа к родовой магии, Себастьян.
Глава Третья
Шанталь
Утро встретило меня жуткой головной болью и отвратительным вкусом во рту. Настолько плохо в последний раз я чувствовала себя ранней зимой два года назад. Тогда, получив очередной отказ магического сообщества развивать мой дар, я умыкнула с конюшни Грома и накаталась до такой степени, что на трое суток слегла с лихорадкой. Стоило прийти в себя, и я вновь свалилась на целые сутки после того, как отец от всего сердца прошелся по моей пятой точке ремнем. Жутко рассердившись, он запретил мне даже близко подходить к зельям и отварам. Лишь уговоры мамы помогли смягчить его сердце, и спустя месяц мне позволили вновь заниматься любимым делом.
А письма в различные сообщества, академии и прочие учебные заведения я писать перестала. Смирилась с тем, что мне не позволят совершенствовать свой дар из-за того, что я не магичка.
Окружающие стены и потолок раскачивались из стороны в сторону. Сдерживая рвотные позывы, я осторожно приподнялась на постели и попыталась осмотреться.
«Как я оказалась в старой гостевой комнате и почему мне так плохо? Неужели на ужин съела что-то не то?»
— Доброе утро, — насмешливо произнесли рядом.
Голос принадлежал мужчине, но точно не папе. Тот и в детстве нечасто заходил в наши спальни, тем более по утрам, а в последние три года вовсе не появлялся. От неожиданности я резко дернулась в сторону. В результате запуталась в покрывале и грохнулась прямо на пол, сильно ударившись локтем о прикроватную тумбочку.