— Я требую слова, Ваше Высочество.

— Валяйте, — поморщился Полётов, — Только короче, пожалуйста. Мало времени.

— Я помню, — кивнул Кабаневич.

Герцог выступил на середину амфитеатра и прочистил глотку. Повисла тишина.

— Нагибин, а скажите... Если вы станете Императором — вы подпишете Конституцию? — спросил меня Кабаневич.

— Само собой, Ваша Светлость, — подтвердил я, — Собственно, я уже подписал эту Конституцию. Там стоит моя подпись, можете в этом убедиться лично. И когда я стану Императором — ничего не изменится. Я держу свое слово.

— И вы будете соблюдать Конституцию?

— Естественно, герцог. Я уверен, что вы уже всех здесь информировали, что я попаданец из другого мира. И в том мире, откуда я пришёл, люди ценят права, свободы и законность. Так что к Конституции я отношусь предельно уважительно. В этом смысле я лучший кандидат на трон.

Я услышал, как княжна Пожарская тихонько спросила Франка:

— А что такое «попаданец»?

— Это как в книжках, вон глянь, — Бонапарт продемонстрировал девочке на собственном смартфоне какой-то сайт, полный обложек с полуголыми аниме-девицами, — Впрочем, вам еще рано такое читать, княжна. Я позже объясню, мон шери...

Судя по тому, как быстро Император Франции открыл нужный сайт — сам он был настоящим ценителем попаданческой литературы. Интересно, в кого мечтает попасть Бонапарт? Он же вроде и так мощный маг, и Император вдобавок...

Впрочем, размышлять об этом мне было некогда, Кабаневич продолжал свой допрос, прессуя меня не хуже ментовского следака:

— А где гарантии, что вы не подотретесь Конституцией, когда займете трон, Нагибин? С вашим восемьдесят восьмым рангом соблазн задушить реформы в зародыше и установить тиранию слишком велик...

— Гарантии сидят вокруг вас, герцог, — я обвел рукой амфитеатр, — Я дал слово всем этим благородным АРИСТО. И признаю их право меня свергнуть, если я нарушу договор. И против объединенных сил либералов не выстоять даже мне. Моя ложа довольно мала, как вы сами отлично знаете. Верных людей у меня немного, хоть это и безусловно лучшие люди Империи, отборная аристократия Духа. Но я в любом случае не собираюсь нарушать договоренности, Ваша Светлость. Это не в моих правилах. Ну и, конечно же, вероятность, что я поведу себя бесчестно практически нулевая в сравнении с Его Высочеством Михаилом. Который только что нас всех, простите, называя вещи своими именами, наебал...

— Ясно, — кивнул Кабаневич, — Проше говоря, гарантий никаких.

— Если вы сделали из моих слов такой вывод — вам пора к ушному доктору, герцог, — холодно заметил я.