Ибо в этом и есть суть Крокодила! Спустя тысячу лет Рюрик и Крокодил снова вернулись в мир. Рюрик — моя жена Алёна. А я Крокодил. Вечный миф повторяется, боги и герои снова ходят среди людей!

— Окей, — согласился Пушкин, — Как скажешь...

— ЧТО? — Царь явно пришел в ярость.

— В смысле... — у Пушкина аж разболелась голова, так лихорадочно он придумывал контрагрументы против речей Царя, но поделать ничего было нельзя, Царь все еще жаждал спора, — В смысле, я хочу сказать... Рюрик и Крокодил вроде были врагами, не?

— Нет, конечно, — Царь бешено расхохотался, — Я тут кое-что выяснил, Пушкин. Почитал кое-какие книжки... Видишь ли, Рюрик и Крокодил — не враги. Крокодил — это прозвище девушки, которая была влюблена в Рюрика. Она вместе с Рюриком ела Перводрево, но не была его законной женой. Но она обрела магию. А после, когда Рюрик бросил её, разозлилась на Рюрика. И отомстила Рюрику, убив и его, и его жен. А потом покончила с собой.

И души Рюрика и Крокодила отправились в загробный мир, но на самом деле их любовь была столь велика, что тысячу лет спустя они реинкарнировали! И снова вернулись во Вселенную. Только на этот раз Рюрик — девка, моя жена Алёна. А Крокодил, наоборот, мужик. Я — Крокодил! Мы просто поменялись полами. Но, думаю, для настоящей вечной любви это не имеет никакого значения, не так ли?

— Не знаю, — Пушкин пожал плечами, — Наверное.

— Еще раз так ответишь — умрешь на месте! — взъярился Царь, — Парируй, подонок!

— Крокодил же должен сожрать магию... — вот этот контрагрумент Пушкин подобрал уже из последних сил, теперь его запас познаний о Крокодиле был полностью исчерпан.

— Ага, — Царь улыбнулся, — Твой дружок Нагибин наверняка так и думает, я уверен. Вот только он ошибается. И это в очередной раз доказывает, что Нагибин — лжекрокодил. Ибо речь на самом деле идет не об уничтожении магии, как таковой. Речь идет об уничтожении магократии по Соловьеву! О том, что власть магократии падет, о том, что магия станет доступна всем... И этим путем иду я, Пушкин.

Я уже дал магию моим верным холопам, я сделал их одаренными! И ваш Павел Вечный занимался до этого тем же самым, раздавал холопам магию! Как гласит пророчество консерваторов «когда будет освобожден последний раб — придет Крокодил, и магократия падёт». Вот знак истинного Крокодила, Пушкин, он сделает магию всеобщей! А совсем не уничтожит её, как думают профаны вроде Нагибина.

Настоящий Крокодил даст свободу рабам, ибо когда магией владеют ВСЕ — нет больше ни рабов, ни хозяев. О, ваш Павел Вечный добивался того же, он наверняка даже считал себя истинным Крокодилом... Но он был слаб, и он пал. А я — не таков. Я — настоящий Крокодил, и час моего торжества близок!