Павел Стальной тоже был жив, и более того — больше не задыхался.
Его пижама была залита кровью, на мундире, накинутом поверх пижамы, не хватало пуговиц, а на ногах — одного сапога.
Тем не менее, свергнутый Император тут же встал на ноги, даже попытался застегнуть свой мундир...
— Слава Павлу Павловичу, истинному Императору! — хором заорали принцессы, окружавшие Дубравину, — Смерть самозванцу!
Княжна Дубравина, разумеется, была в курсе, что Павел Стальной — самозванец.
Весь её клан был в курсе, но Дубравиных такие вещи никогда не смущали...
Так что удивили сейчас княжну не проклятия в адрес Стального, а здравницы Павлу Павловичу.
Похоже, что эти юные принцесски — настоящие дуры. Равно как и их предводительница Лада Багатур-Буланова. Ибо никакого Павла Павловича здесь не было, зато была Алёна Оборотнич — настоящая живая богиня.
Княжне Дубравиной было очевидно, что престол теперь займет Алёна, и только Алёна. А любой, кто посмеет усомниться в правах этой богини на корону — просто умрет...
Богиня тем временем парила и кувыркалась в воздухе в потоках черни и золота, явно наслаждаясь своей властью, МОЩЬЮ и победой...
Принцесса Лада достала из ножен меч и подошла к самозванцу.
— Ты умрешь, подонок, — коротко произнесла принцесса.
Стальной ухмыльнулся.
А еще через секунду, еще до того, как принцесса успела занести меч, у самозванца вдруг взорвалась голова.
Принцессу обдало потоками крови, Владислав Багатур-Буланов бросился вперед, явно намереваясь защитить принцессу от неизвестной опасности...
Но опасности не было.
Безголовый труп Павла Стального вдруг начал плясать, натурально дергать руками и ногами, отплясывая нечто вроде гопака...
Княжна Дубравина не верила своим глазам, принцесски вокруг неё в ужасе ахнули.
А труп самозванца плясал вприсядку, еще через мгновение он просто развалился на части, и из него полезли потоки бурого гноя, дерьма, еще какой-то мерзости, а еще — чистой золотой магии...
— Госпожа, отойдите! — генерал Буланов оттащил все еще сжимавшую меч принцессу от обращавшегося в нечто жуткое трупа Стального.
Алёна Оборотнич все еще парила в потоках собственной ауры, но даже она выглядела растерянной...
А потом грянул гром, и земля затряслась, и дворец тоже.
И весь Павловск, висевший под облаками, заходил ходуном.
И тогда княжна Дубравина испытала такой страх, какой не испытывала никогда раньше за всю свою жизнь.
Паника накатила на неё разом, оглушительная, захватывающая все сознание целиком. Княжна будто узрела ад, узрела то, что человеку видеть не положено...
Закатные небеса над дворцом и парком обратились из оранжевых в кроваво-красные. Сам мир теперь поменял цветовую гамму...