— Не, обойдемся без разрубаний, — ответил я, — На это у меня просто не времени, я занятой человек. Прости, Чен. Ты же не маг, насколько я понимаю по стволу у тебя под пиджаком?

— Мой отец был культиватором, а мама у меня неодаренная, — ответил китаец, — Так что я «чаньши». Как это называется у русских…

— У русских это называется «боярские дети», — подсказал граф Мухожуков.

— Да, — кивнул Чен, — Но мечом я владею не хуже культиваторов, можете проверить на себе, если хотите.

— Нет нужды, — отверг я очередное предложение китайца порубить меня мечом, — Верю тебе на слово. А почему ты до сих пор торчишь в Петербурге, если все твои соотечественники уже свалили?

— Мне некуда валить, лаовай, — чопорно пояснил Чен, — В Китае я смертник. Я выпустил кишки одному продажному ублюдку, который стучал полиции. Но ублюдок был уважаемым человеком и щедро раздавал деньги. Так что моей смерти теперь хотят и триады, и культиваторы, и оккупанты, сидящие в Харбине.

И весь бизнес у меня был здесь, в Петербурге. Но все мои друзья сбежали в Китай, а один я свой бизнес защитить не смог. Ублюдки-англичане отобрали его у меня, воспользовавшись погромом.

А все триады разбежались, как трусливые овцы. Если я их увижу — порублю на куски.

— А бизнес…

— Мы разбирали людей на органы, — спокойно сообщил Чен, — Не магов, конечно. Разночинцев. Органы нынче дороги, особенно детские.

— Как мило, — хмыкнул я, — А сам ты…

— Я скажу больше, когда ты убедишь меня, что не носишь синий мундир, лаовай.

— Ну что ты, Чен, — с укором произнес граф, — Барон Нагибин — точно не агент Охранки. Я хорошо знал его батюшку, мы с ним долго вели вместе дела. И я доверяю барону.

Я кивнул.

— Ладно, — пожал плечами Чен, — Я был «красным шестом». Главным убийцей банды, чтобы вам, лаоваям, было понятнее. Я держал этот город. Я убил здесь больше людей, чем ваш поганый Император. Я даже лично знал героев, убивших Чудовище — двухголовую тварь царской крови…

— Ого, — я присвистнул, — Я тоже их эм… знал, если можно так выразиться. Убийцы Чудовища же были триадами?

— Да. Триадами, храбрецами, героями и борцами за свободу всех ханьцзу. Они умерли, как мужчины и воины.

— Это на самом деле так, — подтвердил я, — Я видел их смерть своими глазами.

Тот факт, что триады, покушавшиеся на жизнь Чудовища, были наняты самозванцем на троне, я, естественно, озвучивать не стал.

Если Чен хочет думать, что они были борцами за свободу, а не просто наемными головорезами — путь думает и дальше, мне-то что?

У меня вдруг стал вырисовываться в голове план, крайне дерзкий и рискованный, но сулящий оглушительный успех…