— Да насрать, я же говорю — натурально насрать хотел, а еще вилкой в меня тыкал…

Я оттащил Шаманова подальше от свадебной толпы.

— Ладно, сейчас нет времени, Акалу, — без обиняков сообщил я, — Давай о главном. Где Малой, где твоя вампирка?

— Не знаю, — обреченно вздохнул Шаманов, — И принцесса… Ой!

Шаманов наконец увидел, что принцесса стоит в нескольких метрах от нас. Девушка вяло помахала ему рукой.

— Как же так? Ты же умирала! В тебя негр несколько пуль всадил, я сам видел! И там было полно магов из Охранки, ты просто не могла… — затараторил Шаманов, подбегая к принцессе.

— Это ты не мог, — презрительно ответила Лада, — А я отползла, спряталась и регенерировала.

Вот это уже совсем странно. Принцесса раньше так грубо не разговаривала, вообще ни с кем и никогда.

Батя Головиной вместе с князем Глубиной тем временем уже внимательно прислушивались к нашей беседе, все эти разговоры о Малом сейчас были совсем некстати.

— Ладно, Акалу, потом, — осадил я Шаманова, который уже собирался с духом, чтобы нахамить принцессе в ответ, — Вон, лучше познакомься с Марией Аксентиевной Нагибиной, моей женой.

— Привет, Шаманов, — поприветствовала Акалу Мария Нагибина.

Шаманов поцеловал Нагибиной руку, они обменялись парой любезностей.

После этого Маша Нагибина решительно сдернула с шеи шнурок с листиком хмеля и зашвырнула его в стоявшую у церкви урну.

Вот такое поведение я уже счел глубоко неправильным для Нагибиной.

— Слушайте, баронесса, это вообще-то был знак вашей принадлежности…

— Это был кусок растения на веревочке, — перебила меня Маша Нагибина, — Давайте уже покончим с этим. Мне не меньше вас надоели все эти обряды, барон. Да и поп уже ждет.

Поп действительно ждал, он оказался благородного вида крепким мужиком, правда с очень тяжелыми и нездоровыми кругами под глазами.

Внутри церкви царил полумрак, пахло ладаном, с икон взирали лики святых, а еще здесь стояли скамейки, как это принято у католиков или греков. Судя по всему, в этом варианте мира православие все же дошло до реформ, разрешивших прихожанам сидеть в церквях.

Еще минут десять мы потратили, чтобы покрестить мою жену в православную веру. Менять имя при крещении Головина-Нагибина отказалась, так что так и была обращена под именем Марии. Крестной для моей жены согласилась стать Таня.

После этого мы наконец приступили к свершению таинства брака, точнее, к поискам всего нужного для него.

Кольца для обряда нашлись у отца моей жены. Поручителем Головиной-Нагибиной стала принцесса, своим поручителем я хотел пригласить Шаманова, но поп отказал, сославшись на то, что Акалу крещен в лютеранской церкви.