* * *

Нормально переговорить с принцессой и выяснить, как ей удалось спастись от Охранки, мне по пути к церкви так и не удалось.

Во-первых, мешала моя новая жена, которая изволила идти к церкви, держа меня за руку, во-вторых, её батя, не спускавший с меня глаз, как будто я в любой момент мог просто раствориться в воздухе подобно герцогу Кабаневичу, а в-третьих, принцесса сама почему-то упорно меня избегала, как и её телохранитель Громовищин.

Так что все, что мне удалось, это на секунду прорваться к Ладе и коротко, шепотом, задать главный мучивший меня вопрос:

— Где Малой с вампиркой?

— Понятия не имею, — тихо и холодно ответила принцесса, — На нас напали, когда мы прятались в каком-то кафе. Шаманова схватили, а Малой с Любой сбежали. Это всё, барон. Идите к вашей жене.

Ревнует она что ли?

Это было бы самым простым и очевидным объяснением, но я чуял, что тут явно что-то не так. Я помнил, как Лада ревновала, она всегда делала это иначе. Кроме того, принцесса всегда соблюдала этикет и старалась скрывать свои чувства, особенно в таких ситуациях. Теперь же её черные глаза пылали откровенной злобой, а еще она явно хамила. Очень странно, Ладу будто подменили.

Настроение её телохранителя Громовищина тоже изменилось, вслед за его хозяйкой, этот амбал теперь со мной вообще не разговаривал.

До Знаменской церкви, где нам с баронессой, которая теперь была мне наполовину женой, предстояло обвенчаться, мы дошли минут за десять.

Церковь представляла собой небольшое желтое здание, выстроенные в духе классицизма, с острым шпилем, увенчанным крестом. На фоне исторического здания Лицея, к которому жалась церковь, она казалась еще меньше, чем была на самом деле.

На ступенях церкви меня ждал приятный сюрприз. Там сидел какой-то Кабаневич, борода которого была выкрашена в оранжевый, а еще Акалу Шаманов собственной персоной, живой и здоровый.

Шаманов выглядел смертельно уставшим, но одет был в черный костюм и белую рубашку, явно новые и только что купленные.

— Это мне Аристарх купил, — объяснил Шаманов, заметив мой взгляд, — И еще он меня покормил.

Шаманов указал на Кабаневича с оранжевой бородой, тот кивнул.

Я пожал Шаманову руку, потом поприветствовал кабанчика Аристарха.

— Спасибо, что живой, Акалу, — искренне поблагодарил я Шаманова, — Ну что там? Они что-нибудь из тебя вытянули?

— Нет, конечно, — Шаманова, похоже, мое предположение в очередной раз обидело, — Но страшно было! Меня на казнь водили, уже даже петлю на горло накинули… А еще посадили мне в камеру поехавшего, он насрать угрожал!

— Что угрожал?