Я скорее сунул ему в руки пакетик с подарком:

— Возьмите, Ваше Высочество! От чистого сердца. И участники вечеринки будут не против поделиться с вами, я уверяю вас. Ведь только благодаря вам и вашей милости они получат целый гроб отличнейшего флекса…

— Ох, ну ладно, ладно, — Потап Потапович захлопал глазами и затряс головой, как какая-нибудь рок-звезда, получающая благодарности фанатов на концерте.

Судя по всему, уже упоролся в хлам.

— А теперь я спешу, если вы позволите, — напомнил я Потапу Потаповичу.

Буланов спрятал в карман пакет флекса, а потом обнял меня, как будто я был его сыном, вернувшимся домой после долгой разлуки:

— Мне приятно иметь с вами дело, барон Нагибин. Клянусь, если еще полетите кого-нибудь хоронить в Павловск — сразу же звоните мне, я всегда готов выдать вам разрешение на ввоз гроба…

— Ну конечно, Ваше Высочество! О чем тут вообще говорить…

— Собственно, тут есть о чем говорить, — вдруг заявил Потап Потапович, шмыгая носом и забирая из гроба пачку денег, — Видите ли, тут двух купюр не хватает. Таких же, с царицей Софией.

— А, ну да… Простите, запамятовал.

Я вынул из бумажника еще десять тысяч и протянул Буланову.

Итого, ублюдок забрал сорок тысяч рублей, а еще флекса тысяч на пятнадцать. Учитывая, что конечной целью моей спецоперации было спастись от виселицы — можно сказать, что я легко отделался.

— Всего вам наилучшего, барон, — пожелал мне Потап Потапович, изо рта у него лезла слюна, а из носа — голубоватые светящиеся сопли, — Приятных вам похорон!

— Благодарю, — чинно кивнул я, — А вы нос бы вытерли, Ваше Высочество… А то это… Ну палитесь, сами понимаете…

Буланов вытер нос рукавом мундира, так что теперь от крошек флекса у него светился мундир.

Нет, этот урод точно на своей должности долго не пробудет. Зная характер нового Императора, я был уверен, что Потап Потапович скоро отправиться водить такси в Центральный квартал, а то и вообще в тюрьму.

Багатур-Буланов кое-как вывалился из вертолета, пилот закрыл за ним дверь и уставился на меня, как кот, которому недосыпали корма.

Я же просто развел на это руками:

— У меня осталось двенадцать тысяч рублей наликом. Все, что могу предложить. Можете, конечно, отказаться от полета и подставить тем самым вот этого милого Багатур-Буланова…

— Нет, — яростно заявил пилот, — Мы летим. Давайте деньги. Но вы ублюдок, Ваше Благородие, вот что.

— Так это вообще не новость…

* * *

До Павловска мы долетели минуты за четыре.

Неплохо, выходит, что за одну минуту полета я заплатил суммарно чуть больше десяти тысяч рублей. Пожалуй, это самый дорогой перелет в моей жизни, даже в моих обеих жизнях. Особенно с учетом того, что рубль тут крепче, чем в моем родном мире раз в сто.