Ну, это было и неудивительно. Тут было на что посмотреть. Кусты общественного садика, где мы с Машей укрылись от взглядов и ушей посторонних, меня больше не прикрывали — я теперь был ростом метров под восемь. Такую тушу за кустами не спрячешь.

Торговец квасом решительно полез за смартфоном, я тут же крикнул ему:

— Non! Apage hinc! Occidam!

Квасник тут же уронил от ужаса свой смартфон, потом подобрал его и бросился бежать, Такая реакция была логичной — голос у меня теперь был таким оглушительным и мощным, что с крыши каких-то казарм, расположенных за садиком, вспорхнула в воздух стая голубей.

Это круто. А вот то, что я говорил теперь на каком-то непонятном языке — нет…

Сам-то я свою фразу понял, я хотел крикнуть кваснику «пошёл прочь, убью» и на самом деле это крикнул, вот только явно не по-русски…

— Да сядь, дурак, пригнись, — потребовал снизу девичий голос.

Я уставился на Машу, которая теперь казалась мне просто куклой. Я бы мог взять девушку и посадить себе на ладонь, если бы захотел. Впрочем, её совет явно был мудрым, если я буду и дальше открыто торчать в таком виде посреди города — рано или поздно кто-нибудь точно вызовет полк Охранки, чтобы они расстреляли ту неведомую хрень, которой я теперь стал.

Я скорее пригнулся, потом уселся по-турецки прямо на землю. Но этого было мало, моя голова все еще торчала над кустами. Тогда я вытянул ноги, смяв в лепешку сразу несколько крупных кустов шиповника, а потом растянулся на земле, перекрыв своим телом несколько парковых дорожек. Вот теперь меня точно не видно.

А еще я заодно убедился, что мое новое тело на самом деле не астральное — взаимодействовать с физическими объектами я реально мог. Точнее говоря, я мог их курочить, причем с легкостью.

— Qua lingua loquor? — спросил я у Маши.

Говорил я красивым брутальным баритоном, но таким мощным, что от звука моего голоса в каком-то особняке бешено залаяли собаки, а у авто на улице сработала сигнализация.

— На латыни ты говоришь, — недовольно пояснила Маша, — Молчи, дурак! Сюда сейчас весь город сбежится!

Маша с трудом перелезла через мою громадную руку, потом потыкала кулаком мне в щеку. Я её прикосновение ощутил, хотя очень слабо — как будто по тебе муха ползёт.

— Это явно материя, — доложила Маша, — Но какая-то странная. Ты состоишь из какой-то астрально-материальной смеси, я думаю…

Мне тем временем вдруг стало нехорошо. Голова у меня неожиданно закружилась, резко за одно мгновение, внутри у меня все перевернулось, я на секунду потерял ориентацию в пространстве и вообще забыл, кто я такой. Я бы, пожалуй, даже упал, но я уже и так лежал на земле.