— Вот и замечательно! — прощебетала седовласая. Я перебил ее:
— Так зовут меня люди. А Первопришедшие называли меня Скан Джун Таш.
Я попал в цель! Седовласая побледнела, скосилась на охранников подозрительно и, понизив голос до шепота, забормотала:
— Мы не ожидали вас так скоро! Пресветлый Ратцаклятман выступает против нашего союза. До той поры, пока он на императорском престоле, союза не будет. Но вы должны понять нас: мы — маленькая система, которая без вашей поддержки не имеет шансов на дальнейшее развитие. Только вы можете подарить Тверди билет на ладью будущего. Умоляю вас не бросать нас! Обещаю: мы справимся со всеми трудностями и будем в полном вашем распоряжении!
Билет на ладью будущего… Хм, недурно сказано! Кто бы мог подумать, что под этой седой маской властности скрывается загубленный пиит! Неужто она, как Петроний, на досуге сочиняет поэтические вирши?
— Как вы намерены поступить с Ратцаклятманом? — Я с трудом выговорил неудобопроизносимое имя.
— Поверьте, в нашем мире очень много недовольных им. Все уже подготовлено к перевороту!
Ну надо же? Искали библиотеку соотечественников, вымерших несколько миллионов лет назад, а вляпались прямиком в дворцовую интригу!
— Теперь, когда вы с нами, мы выступим. Орудия готовы к залпу и ждут команды!
Похоже, меня призывали то ли в идейные вдохновители, то ли в полководцы переворота! Появился шанс засветиться в истории Тверди — так, кажется, называется этот Подгорный Мирок?
— Где мой друг? — Я постарался придать голосу максимальную строгость. Кажется, у меня получилось.
Седовласая, чье имя я так и не знал, залебезила, пытаясь выслужиться перед руководством:
— Он следует за нами. С ним все в порядке. Ничто ему не угрожает. Во Дворце Правды вы воссоединитесь.
— Почему нас задержали? Я арестован? Что за идиотские угрозы с виселицей?
Я разыграл гнев, насупил брови и постарался пустить глазами молнии. Не получилось — далеко мне до Зевса! Хотя в целом ожидаемого эффекта я добился. Седовласая задрожала мелкой дрожью, но тут же попыталась взять себя в руки и скрыть плохо скрываемое волнение:
— Вы должны понять нас. Мы не можем признать возможность общения с внешним миром. Поскольку народ тут же попытается вырваться на волю. Вам придется создать у нас посольство. Из страны начнется повальная эмиграция. Поэтому мы вынуждены скрывать все, пока сами не научимся путешествовать к звездам и осваивать планеты… Завтра же вас и вашего друга объявят лжепришельцами и сообщат о вашей казни. Это нужно для внутреннего спокойствия страны.
Я недвусмысленно показал всем своим видом, что подобное положение дел меня устраивает мало, но я готов с ним примириться.