Армир запел:

С давних пор известно людям —

Нету дыма без огня.

Я прощу. Другой осудит —

Под ружьё и на коня.

Будет знать чужое племя,

Сколько стоит лиха фунт.

Бросил ненависти семя —

Пожинай кровавый бунт.[1]

У барда оказался на удивление чистый сочный голос, завораживающий, погружающий в атмосферу песни, задевающий струны души. Простые слова песни содержали в себе горькую правду жизни, которую знал каждый вояка.

Там, на поле битвы, ворон клюв насытил,

И глазниц провалы к небу без мольбы.

Там, на поле битвы, не слышны молитвы,

Снег по полю талый, чёрный от пальбы.

Друг, ты в окружении стен,

И как тебя поднять с колен,

Услышать вновь знакомый смех?

Но как на грех…

Сергей слушал, а перед его глазами вставали лица погибших товарищей в битве на Красных полях. Десятник Карим, ставший из врага другом, был предательски заколот со спины, когда пытался прийти на помощь своим солдатам, зажатым в клещи врагами. Десятник Драмин, крутивший мельницу двумя мечами до последнего, пока подлая стрела не ударила ему в бок, а обрадовавшиеся враги не добили раненного героя. Десятник Колин, большой добродушный дядька, душа компании. Его любили все, хотя и не мало подшучивали над ним. Колин шуток не понимал, но не обижался. Прощал друзьям все. Он так и умер с улыбкой на устах.

Всего этого Серега не видел. Ему рассказали друзья и солдаты.

Там, на поле битвы, чей-то сын убитый

От плеча до сердца шашкой рассечен.

Там, на поле битвы, все мы будем квиты, —

Без вины виновный в смерти уличен.

Много волчьих солдат нашли свою смерть на Красных полях. Серега не всех знал по имени, но волшебная музыка барда оживляла их в его памяти. Перед внутренним взором Одинцова проплывали лица павших, наполненные грустью и осознанием чего-то важного, что пока недоступно для понимания выживших.

Как героев догонять,

Ясных соколов стрелять?

Вот нехитрый мой урок —

Плавно жмите на курок.

На войне один закон —

Наноси врагу урон,

Уцелеешь — повезло

Всем смертям назло.

Серега не удержался, поднял кружку с пивом и припал к ней. Грусть-тоска, навалившаяся было, отпустила на время. Многих на Красных полях потерял Одинцов, но была одна потеря, с которой он вряд ли когда-нибудь сможет смириться. Его друг и наставник Дорин, Смотрящий, встретивший молодого раба-гладиатора под горой и поверивший в его силы. Никто не видел, как погиб Дорин. Его тело нашли в окружении груды мертвых врагов. Он до последнего не выпускал из рук тяжелый меч и принял смерть отчаянным храбрецом.

Там, на поле битвы, враг бежал разбитый,

А ему вдогонку — удалой свинец.

Там, на поле битвы, всеми позабытый,