То же чувствовали и другие маги. Узники пепельного мира оказались прямо в главном здании города. Просторный зал, где управитель решал вопросы. Эльфийские гвардейцы были в шоке от появления незваных гостей, но среагировали быстро. Пока маги из пепельного мира приходили в себя, насыщали себя энергией, к городу уже стягивались лучшие войска.

— Где Молот⁈

— Почему нас так мало⁈

Вопросов хватало, но ответ знал лишь один тёмный маг, который продал жизни других за свою свободу. Цена спасения была девять душ за одного, тысяча душ за право выбора кого именно спасти. Артиос выбрал себя и двух своих спутников, ему понадобится помощь в достижении своих планов.

Тем не менее среди оставшихся в живых костяной воин пытался найти ещё одного мага. Но Париса здесь не было. И сколько подобных ему, попавших в пепельный мир из-за несправедливости, было принесено в жертву?

— Молот мёртв, как и все жнецы, — произнёс Артиос, сжимая левой рукой свой новый меч: его слова были обращены к Фире, которая тоже искала своего заклятого врага.

— Значит свою часть договора ты выполнил, — спорить лучница не стала, поверив тёмному магу.

— Как и моя, — добавил Игарсион. — Я наконец-то на свободе. Говори, что от нас требуется.

— Выполнил? — повторил услышанное Артиос. — Разве твоей мечтой было выбраться, Игарсион? Разве ты Фира жила лишь ради убийства Молота, о котором узнала лишь в пепельном мире? Я обещал выполнить вашу мечту, а не цель на пути к ней.

Артиос с самого начала знал, что пепельный мир меняет людей, они начинают мыслить совсем по-другому. Безнадёжность устоявшейся там системы поставила прочный барьер, границы мышления ограничивают всех попавших. Они считали, что выбраться невозможно, поэтому оставили то, чем жили раньше.

Костяной воин не собирался этим пользоваться, и дело было не в его добродушие. Ещё в Стеносе он понял простую истину, что лучшим мотиватором является искренняя верность, которая заслуживается уважением, честностью, но не деньгами и оковами.

Поэтому Артиос поможет им выполнить мечты, исправить их ошибки, найти то, что они искали. И этот человек и эльфийка отплатят ему тем же, ошибки быть не может. Он был в их разуме, он знает их. Даже лучница не так ужасна, как все о ней говорят, называя её подлой и лживой. Бросить камень легко, увидеть настоящие мотивы и предпосылки поступков куда тяжелее.

— Моя мечта принесёт нам всем смерть. Это лишь моё бремя, — после паузы произнёс Игарсион.

— Есть вещи похуже смерти, — добавила Фира. — Не нужно играть в благородство, мы знали на что идём.

— Это уже решать мне. Я дал слово, что исполню ваши мечты, я от него не отказываюсь. Бремя может быть тяжелым, но его не обязательно нести одному. Там где умрёт один, добьются успеха трое.