От услышанного большинство послушников удивились, куда им сражаться с паладином. Не было и шанса на победу. От такого руки само собой опустились. Первая проверка отсеяла слабаков. Все воины, без разницы паладин ты, маг или просто человек, без разницы, все сталкиваются с такими моментами, когда вокруг лишь отчаяние, нет света в конце. Но это не значит, что можно опускать руки, всегда нужно выкладываться на полную. Всегда есть шансы выжить, всегда нужно идти до конца, пусть цель и не видна.

Помимо Артиоса шаг вперёд сделали и ещё несколько учеников, которые не умели сдаваться. Через пару минут все они валялись в грязи. Тёмный маг же показушно продержался дольше других. Он мог победить врага и голыми руками, однако лишнее внимание ни к чему. Артиос уже подготовился специально пропустить удар, однако внезапно паладин произнёс.

— Хватит, ты проявил себя. Иди, выпей воды, — сурово произнёс паладин, признавая силу и волю послушника, который готов был бороться до конца. — Завтра жду вас всех у нашего храма с вещами.

Паладин взял всех, кто сделал шаг вперёд. Не важно сколько ты простоял, важна твоя решимость. Твёрдость рук и ловкость ног придёт со временем. Мышцы можно натренировать, сердце же изменениям поддаётся крайне плохо.

Артиос вернулся в свою келью. Вещей своих у него практически не было, как и других послушников. В магазины никто не ходил, зарплаты за работу в храмах не платили. Порой в тумбочках лежали лишь оставшиеся из прошлой жизни вещи: детские игрушки, семейные реликвии и прочие безделушки, историю которых знал лишь владелец.

— Ещё не спишь, брат Алос? — в келью с разрешения зашла сестра Тереза. — Ты всегда ложишься слишком поздно.

— Бессонница, — пожал плечами Артиос, которому с головой хватало пары часов сна в неделю.

— Понимаю, — Тереза молча села на кровать рядом.

Она не знала, что сказать. Многие жизни оказались разрушены войной, большинство послушников замыкались в себе, брали обеты молчания, чтобы испытать и понять себя. Некоторых удавалось разговорить на современных собраниях, их истории ужасали, но помогали понять другим, что они не одни. Однако не все смогли разрушить невидимую стену и начать говорить. Артиос на их фоне не выглядел особенным, что позволяло меньше говорить. Меньше слов — меньше шансов, что тебя раскроют. А тяжёлый апатичный взгляд… У всех тут прошлое находило отражение на лице, так что вопросов к странностям послушника не возникало.

— Ты никогда не рассказывал, что с тобой произошло. Не нужно всё копить в себе, нужно уметь отпускать. Иначе ни к чему хорошему это не приведёт, — вновь начала объяснять Тереза.