— Ага.

— А это правда, что ты ограбила Пседона?

— Типа того.

— Ясно, даже перед последним боем не хочешь рассказать эту историю. Ладно, не буду настаивать.

— Расскажу, если выживешь.

На это Имрон ничего не ответил. Сегодня многим придётся умереть. Уже буквально через пару минут Вульрид сможет вырваться, освободить других пленников, начав бой. Он станет героем, спавшим главу рода Алдерай. Сражение бок о бок, благородное спасение и жертва станет основой будущего союза. Но пропитана она будет ложью.

Но это не самое худшее, что сделал Имрон. На Парящем Остров по поручению Зифри он участвовал в фальсификации на голосовании, чтобы склонить чашу весов в пользу перемен. Все волшебники, которые приходили на остров ради спокойной жизни, ради развития своих талантов… Они верили в то, что их голос ценен и важен, относились к этому праву с трепетом, уважением, осознавая всю ответственность. А Имрон фактически помог подтереться этими принципами, тогда он считал, что это действительно необходимо. Кто-то должен замарать руки, чтобы другие жили лучше.

— Вы безумцы! Ваше действия несут угрозу всему миру! — уже сорвался на крик первый наследник Алдерай. — Зачем вы следуете за этим сумасшедшим эгоистичным монстром⁈ Он лишь хочет уничтожить всё на своём пути, по его воле исчезают города, страх и разрушение следуют за ним по пятам! Вы уйдёте с ним на дно!

— Монстр⁈ — спросил Имрон, нагло вклиниваясь в переговоры: армия Алдерай находилась у подножия горы, маги в балахонах стояли выше, среди колонн в открытом взору зале, куда вела лестница. — Да что вы знаете!

У мага Парящего Острова не хватало слов. Когда-то он и сам слушал все эти россказни, но за семь лет в горах тёмный маг предстал перед ними совершенно иным. Другие члены отряда относились к нему с презрением, ненавистью, но, когда случалась лавина, его магия защищала их. В боях с горными монстрами он спасал их жизни. Один раз его тёмная магия даже вернула с того света смертельно раненного воина.

Артиос всегда подставлял своё плечо в трудную минут, никогда не делал из них пушечного мяса, не играл их жизнями. А уж чего стоили истории Фиры и Игарсиона, которые они слушали ещё по пути из Ардехоула. Он не был бездушным, просто человек с тяжёлым прошлым и другими взглядами, как и все он стремится защитить то, что ему дорого. Как и все ради своей мечты он готов на всё, но не потому, что ему плевать на жертвы, а потому что ценность той цели куда выше всех страданий и даже собственной жизни. Таким его видел Имрон, таким увидели и многие другие.